Матвей Роговцев уселся на заброшенной лавке возле древнего дерева, вокруг него стелилась грязная рябь старых пивных бутылок. Временами его тревожили тени ветвей, которые словно крадучись проникали за закрытые глаза, будто хотят сказать что-то важное. Это место казалось симбиозом прошлого и настоящего — стараясь не замечать, но всегда напоминающее о том, кто он есть на самом деле....
– К бабе какой?
– Нет, Петруша, Алексей ушел из семьи, – Раиса Сергеевна с укоризной посмотрела на дочь. Она винила во всем ее, не сумевшую удержать такого мужика!
– Вот это да! Ну, и хрен с ним! – Петр махнул рукой.
– Петя! – Раиса Сергеевна возмущенно всплеснула руками.
– Да, а денег он нам оставил? Жить на что будем? Ты же не работаешь! – Петр посмотрел на мать.
– Он считает, что ты сам можешь себя обеспечить.
– Я?! Козел, как был жадным козлом, так и остался! – Петр со злостью стукнул по столу кулаком.
– Сегодня опять на него покушались, – Татьяна говорила равнодушно.
– Удачно? – Петр издевательски улыбнулся.
– Петя! – Раиса Сергеевна испуганно смотрела на внука.
– Что, жив? А жаль. Черт, как не повезло с папашками-то! Один раньше времени на тот свет отправился, другой – жмот, – Петр поморщился.
– Петя, повтори, что ты сказал, – Татьяна напряглась.
– Да знаю я уже давно, что Зотов мне не родной! Чего ты так всполошилась, мамань?
– Господи Иисусе! И молчал ведь! – опустилась на стул Раиса Сергеевна.
– Кто тебе сказал? – Татьяна уже ничему не удивлялась.
– Да Курлин твой любимый! Тоже мне любовничка нашла! Мать, с таким спать – себя не уважать!
– Петя! Он же умер! Как ты можешь? – Раиса Сергеевна во все глаза смотрела на внука.
– Да ладно, ба! Ведь ты тоже все знала, да? Соучастница, значит! Что же ты, мамочка, получше-то никого мне в биологические папаши не нашла? С денежками, например. А то даже наследства не с кого получить! Впрочем, Зотов же мне по документам отец? Хоть после него что-нибудь останется!
– Это уже слишком, Петя.
– Кстати, а Зотов в курсе, что я не сын ему?
– Сейчас да.
– Жаль. Я бы к нему сейчас поплакаться пошел. Где он живет теперь? Надеюсь, квартирку эту он оставил?
– Да. Ушел в бабушкину.
– Ладно, хоть так.
– Петруша, а ты что домой-то носа не кажешь? Ночуешь у кого? – Раиса Сергеевна задала наконец давно мучивший ее вопрос.
– Да, у друзей. Не переживай, ба!
– Худой ты больно! Хоть бы покушать приходил, чем там питаетесь?
– Да какая разница! Видишь, наелся сейчас!
– Душ принять не хочешь? – Татьяна опять уловила этот неприятный запах.
– Да, конечно, – Петр откинулся на стуле и полез в карман.
– Ты куришь? – Татьяна удивилась.
– Мам, сейчас девяносто девять процентов молодежи курит!
– Но раньше ты не курил!
– Я раньше много чего не делал, – тихо сказал Петр, поднимаясь со стула. – Пойду ванну налью.
– Тань, что делать теперь? Петруша-то все знает, оказывается.
