Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Клин клином вышибают? Очень смешно!»
Скорее всего благодушие вызвано препаратами, которыми ее накололи. Когда пройдет их действие, она снова предастся унынию и самоедству в полное свое удовольствие. В хорошем настроении Марина чувствовала себя неуютно, словно в чужих туфлях.
Она пристроила лицо в ромб железных прутьев и выдохнула дым в промозглый осенний воздух.
Общаясь с докторшей, она ничего не утаила. Все у нее было как у всех, почему же столько лет она мучилась депрессией? Да, не красавица, внешность самая обыкновенная.
«И это все?» – думала она сразу после свадьбы. Ни восторга, ни душевного подъема…
Отпустило, когда родился Славик, в первый год его жизни из головы просто выдуло все посторонние мысли! Но сын подрастал, забот становилось меньше, и депрессия вернулась.
«А вот интересно, что было бы, если б я встретила своего принца? Я бы дико влюбилась, он ответил бы взаимностью.
Почему-то вдруг вспомнилась сцена из детства – ясно, во всех подробностях: летний день, пыльная городская листва, запах разогретого солнцем асфальта, принцессы, нарисованные на желтой штукатурке дома разноцветными мелками… Ей лет шесть, родители, как обычно, в командировке, она у бабушки, гуляет с подружками во дворе.
