Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Вне себя от счастья, она бежит к бабушке отпрашиваться, но та укоризненно поджимает губы. Она сердится: Марина совсем не думает о том, что бабушка будет за нее волноваться! Марина не понимает, в чем ее вина, и бабушка глядит на нее презрительно. Танин папа приходит сам, упрашивает бабушку, Марина все-таки едет, но прогулка уже отравлена для нее чувством вины. Нужно было дяде Вале сказать, что она сама не хочет."
"…А вот Марине пятнадцать, родители купили путевку в лагерь на Черном море. Она собирает вещи, предвкушает новые знакомства, экскурсии, купание… Входит бабушка: «Радуешься? А ты знаешь, сколько пришлось родителям заплатить, чтобы купить эту путевку? Ради твоей поездки им придется теперь от многого отказаться!»
Бабушка просто внушила ей, что быть счастливой стыдно! Если ты счастлива, значит, перед кем-то виновата.
Марина критически осмотрела окурок – пожалуй, на одну затяжку еще хватит.
Интересно, много ли на свете людей, способных без паники переносить довольство собой и жизнью? Если у человека нет насущных проблем, он быстренько их себе создаст. В каком-то фильме Марина слышала фразу: чем больше у человека неприятностей, тем веселее ему живется. Наверное, так оно и есть – тратя силы на борьбу с настоящими трудностями, человек меньше копается в себе, а поскольку реальные проблемы в отличие от воображаемых имеют свойство решаться, человек обретает уверенность в своих силах – хорошее лекарство от комплексов.
Она даже засмеялась – сначала старательно внушала себе, что он плохой муж, а потом изо всех сил сдерживалась, чтобы не показать ему, какой он плохой.
Докурив, она выцыганила на посту распашонку с надписями «Минздрав» и фланелевый халат, райские птицы на котором от старости стали почти неразличимы. Приняв душ, задумалась, чем бы заняться.
