Внутри здания Клиники измены кипела атмосфера нервозности и напряжения. Маша Горошкина, с хрустом пролезшая через коридор, оказалась в кухне, где женщины готовили обед для пациентов, находящихся в состоянии эмоционального шока после перенесенных операций.
Просто написал, что экстренные операции должны выполняться одним хирургом от начала до конца, ибо продолжительность вмешательства играет ключевую роль и преступно тратить время на ожидание светила. Но это сейчас не главное. Мы должны решить, что делать дальше.
– В каком смысле?
Удивительно – посторонний человек принимает участие в ее судьбе! «Мы, – говорит, – должны решить». Как будто это само собой разумеется, что он станет помогать ей.
– Как мы докажем, что шизофрении у вас нет?
Лихо вытащив сигарету из предложенной пачки, Марина закурила.
– Это невозможно, Ян Александрович. Вы читали в детстве книги про приключения?
– Конечно.
– Помните, во многих из них описано, как связанные люди дергаются, пытаясь освободиться, и от этого веревки затягиваются еще туже? Это моя ситуация. Если я сейчас начну рассказывать, что меня отравил Спирин, все примут это за прогрессирование заболевания. Единственное, что может меня спасти, – признание самого Спирина, но с чего бы ему признаваться?
Сегодня утром Георгий сказал ей, что готов заявить о себе как об отравителе.
Но как заставить признаться Спирина? И вообще, как он все это провернул?
– Стоп, Ян Александрович!
Колдунов, собиравшийся открыть форточку, так и застыл с поднятой, словно в пионерском салюте, рукой.
– Вы сквозняков боитесь?
– Нет, – смутилась она, – я про Спирина.
– Ну да, – разочарованно протянул Колдунов, – поручить такое деликатное дело аспиранту он, конечно, не мог. Получается, вы остаетесь с диагнозом?
– Получается так, – вздохнула Марина. – Знаете, а может, у меня реально шизофрения, просто Твердохлебов ошибся?
– Кто угодно, только не он!
Уверив ее в компетентности психиатра, Колдунов позвонил на кафедру оперативной хирургии.
Вернувшись домой, она занялась заметками для журнала. Ведь неизвестно еще, возьмут ли ее на это место…
Поздний обед, он же и ужин – это самая интересная трапеза дня, ведь люди, вернувшиеся домой, нуждаются не только в калориях, но и в положительных эмоциях. Последние вызываются как вкусом, так и видом еды, к тому же эстетическая подача блюд позволяет сэкономить на их ингредиентах.
