Надежда смотрела телевизор, когда издалека раздавались голос и шаги — это была Маня. Ейка, всегда стремилась убежать, норовила каждый раз, как ее к колышку привязывали. В лесе она искала приключений, надеясь найти что-то новое за пределами обычной жизни. Надежда подумала: кто это там разговаривает? На экране или на самом деле?...
– Пожилого человека всякий обидеть норовит! Вот что я вам сделала, скажите на милость, за что вы меня из больницы вытащили? Лежала себе, никого не трогала! И так-то там порядка нет, а теперь…
– А кто таблички на кроватях поменял?"
"– Не знаю ничего и не ведаю, я спала! – Тут старуха отвечала честно. – У меня ожог на лице сильный, мне снотворного много дают!
– Тебе снотворное дают, чтобы ты не скандалила! – в нос сказал раненый. И добавил с чувством: – Старая ведьма! Небось своим ядом и обожглась.
– Сам дурак, – обиделась старуха, – и вовсе не так все было.
– Круто! – восхитился водитель. – А с чего же ожог получился?
– А с того, что она не мне по голове, а по трубе попала. Горячая вода как брызнет! И все мне в лицо. Ну ничего, я ее теперь засужу, сядет у меня как миленькая. Так что, ребятки, я про ваши дела ничего не знаю, а вы меня обратно доставьте.
– Ладно, поехали. – Водитель направился на свое место.
– Только я тут с ней не останусь! – занервничал его напарник, вытирая нос рукавом, и устремился в кабину водителя. Тот только вздохнул и пробормотал что-то сквозь зубы.
Оставшись одна в темноте грузовичка, старуха завертелась, пытаясь освободиться. Ничего не получалось, ее пристегнули на совесть.
В кабине между тем шел разговор.
– Что с ней делать? – спросил загипсованный. – Неужели назад везти?
– Ты совсем, что ли, рехнулся? – злился водитель. – Там, небось, ее уже хватились, нас живо прихватят! Эта девка в коридоре очнулась небось, тревогу подняла.
– Ну не на базу же ее везти…
– Да уж… придется бросить где-нибудь за городом, пускай она там сама…
Старуха, несмотря на солидный возраст, слышала хорошо, поэтому было обмерла от такой перспективы, но потом решила, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих, и изо всех сил принялась раскачивать каталку.
Приняв решение, водитель прибавил газу и вывернул на проспект, довольно свободный в это позднее время.
Двое в кабине ничего не слышали, они ругались. Наконец, когда стук стал особенно сильным, водитель всполошился.
– Что она там делает? Надо бы посмотреть, да здесь останавливаться нельзя. Сейчас на заправку свернем.
Но было уже поздно. При особенно сильном толчке двери пикапа, закрытые неплотно, распахнулись и каталка выкатилась прямо на дорогу.
