Надежда смотрела телевизор, когда издалека раздавались голос и шаги — это была Маня. Ейка, всегда стремилась убежать, норовила каждый раз, как ее к колышку привязывали. В лесе она искала приключений, надеясь найти что-то новое за пределами обычной жизни. Надежда подумала: кто это там разговаривает? На экране или на самом деле?...
Но Надежда прошла мимо, ища среди них ту, которая была ей нужна, – на этот раз не маленькая железная дверца, а обычная белая дверь с окошком, замазанным белой краской, очень похожая на больничную. На двери ничего не было написано, однако Надежда знала, что за этой дверью именно то, что ей нужно найти.
Дверь открылась тихо, без скрипа, Надежда прошла в ложу и увидела, что на сцене медленно и плавно, словно паря в воздухе, как бесплотные тени, танцевали девушки в белом. Сцена была освещена слабым синеватым светом, каким светятся гнилушки на кладбище.
Надежда узнала мелодию.
«Помоги! – вдруг послышался голос. – Помоги мне, спаси! Мне грозит опасность!»
Надежда резко отвернулась от сцены и обнаружила, что вместо кресел в ложе стоит больничная кровать, опутанная какими-то приспособлениями и проводами. И на этом прокрустовом ложе лежит фигура, замотанная с головой в застиранную простыню с больничным штампом.
Надежда отвернула край простыни и увидела, что это та самая женщина, с которой они уже встречались во сне. Только мертвая. Потому что у живых не бывает таких запавших глаз и такого лица, обтянутого желтой сухой кожей. И рот приоткрыт.
– Ирина… – Надежда попыталась произнести имя, но, как это бывает во сне, с ее губ не сорвалось ни звука.
В этот момент сзади с шумом распахнулась дверь, и все исчезло.
Надежда рано проснулась и осознала, что чувствует себя неплохо.
"В первом сне женщина, которая, надо полагать, и есть настоящая Ирина Муравьева, подсказала ей, как открыть сложную застежку на сумке. Вроде бы пустяк, а пригодилось. Во втором сне эта же женщина намекнула Надежде, что нужно взять брелок в виде Мефистофеля, который оказался пропуском в магазин «Чернокнижник». Теперь она же просит ей помочь.
Только как помочь, когда она мертва? А может… может, еще не поздно? В таком случае нужно скорее бежать в эту самую варваринскую больницу, куда, по словам Сундукова-старшего, отвезли неизвестную женщину после аварии на бетонке.
Надежда выпила кофе с остатками вчерашнего печенья, тут же поклявшись себе больше такого калорийного печенья не покупать, оделась попроще и отправилась в больницу, позвонив по дороге мужу.
