На зыбком пути я родилась в середине века, наблюдая мир за дверью оконченного века. Учитель математики с пенсии не уходит из памяти, а остается частью меня — живой и горячей истории. Мое место в глиняном кружеве этого мира, где профессия не имеет времени для прошлого.
Раз ты фактически внутри себя постановила считать такой факт, такую точку, значит, твоя жизнь кончена.
Саша смотрел мне в глаза и улыбался.
Я переспросила:
— Кончена?
Я стремительно начала одеваться без разбора: белье, чулки, юбка. Комбинацию забыла, свитер напяливала уже возле двери.
Саша лежал и молчал. Когда я с усилием просовывала голову в узкое горло свитера, раздался его спокойный голос:
— Я сказал тебе то, что ты сама хотела услышать.
Я заплакала. Ворот сдавил мне шею. Я тянула его во все стороны.
— Успокойся. Ты артистка в душе. Тебе мало эффектов, и ты придумываешь. Точно говорю. Придумываешь. Да?
Я ответила, как было условлено мной же, — одним словом:
— Да.
Моя далеко идущая ошибка заключалась в том, что в результате частичного пересказа волнующих проблем я получила еще один лишний вопрос: стоит ли мне жить?
Но Саша дал мне мысль: пересмотреть то, на чем я поставила точку. Все-таки положительный итог из разговора я вынесла.
Установилось затишье.
Марик предложил устроить широкое празднование своего дня рождения. Тем более — сорокалетия. Я согласилась, так как считала, что подобные мероприятия укрепляют общность.
С энтузиазмом покупала продукты, размышляла, что приготовить, как распределить нагрузку по кухне, чтобы не сваливать на один день.
Привлекла Эллу. Мы вместе с ней говорили о подарке.
Со своей стороны, я хотела купить что-то по специальности Марика, но необычное.
Неожиданно в антикварном магазине на улице Кирова при одном взгляде пришла мысль — старинные часы. Не слишком дорогие, потому что не идут, с каким-то скрытым дефектом, а также внешне обшарпанные. Продавец меня убедил, что лучшего подарка в данной категории не найти.
И вот наступил день. Выпало как раз воскресенье. Собралось четырнадцать человек, если считать вместе с нами троими. Даже те, кого мы не видели уже лет десять. То есть с моего переезда.
С утра Элла хотела вручить папе подарок — свою картину.
