В детстве я провел последние дни перед отправкой в тюрьму своего друга-бывшего напарника по миссии, пока мы вместе проходили время в скромном доме моего дяди. Теперь его ждет исправительный дом на западе страны, и лишь несколько часов до этого момента — как прекрасная четверка, оставшаяся навеки в памяти....
Гиллель, держа в руках воображаемый микрофон, комментировал:"
"— За две секунды до конца матча «Чикаго Буллз» уступают два очка, но если их крайний нападающий Вудро Финн сумеет положить мяч в корзину, они победят в плей-офф!
Вуди напрягал все мускулы и, прищурившись в порыве вдохновения, делал бросок. Его тело взмывало в воздух, руки расслаблялись, мяч в полной тишине пересекал весь зал и приземлялся в корзину. Гиллель восторженно вопил:
— Решающий удар несравне-е-е-енного Вудро Финна принес по-обе-е-е-еду «Чикаго Бу-у-улз»!
Они бросались друг другу на шею, совершали круг почета и удирали, пока их не застукали.
Однажды Вуди пришел к тете Аните и шепотом попросил:
— Миссис Гольдман, я… я хочу попробовать позвонить папе. Рассказать, как я.
— Ну конечно, золотко мое. Звони, сколько хочешь.
— Миссис Гольдман, просто… просто я не хочу, чтобы Гиллель узнал. Не хочу с ним распространяться на эту тему.
— Поднимись к нам в спальню. Телефон у кровати. Звони отцу, сколько хочешь и когда хочешь. Не надо спрашивать, золотко.
Вуди тихонько пробрался в спальню дяди Сола и тети Аниты. Взял телефон и уселся на ковер. Вытащил из кармана клочок бумаги с номером, набрал его. К телефону никто не подошел. Включился автоответчик, и он оставил сообщение:
Привет, па, это Вуди. Оставляю тебе сообщение, потому что… Я хотел сказать: я теперь живу у Гольдманов, они ужасно хорошо ко мне относятся. Я играю в баскетбольной команде в своей новой школе. Постараюсь завтра перезвонить.
* * *Через несколько месяцев, незадолго до новогодних праздников 1990 года, дядя Сол и тетя Анита предложили Вуди поехать с ними на каникулы в Майами. Он сначала отказывался. Считал, что Гольдманы и так слишком на него тратятся, а такая поездка обойдется дорого.
— Поехали с нами, а то поссоримся, — уговаривал его Гиллель. — Что ты тут делать будешь? Сидеть все каникулы в интернате?
Но Вуди не соглашался. Однажды вечером тетя Анита зашла к нему в комнату и села на край кровати.
— Вуди, почему ты не хочешь ехать во Флориду?
— Не хочу, и все.
— Мы были бы так рады, если бы ты был с нами.
Он разрыдался; она обняла его и, крепко прижав к себе, погладила по голове:
— Вуди, дорогой, что случилось?
— Ну… обо мне никто никогда так не заботился, как вы. Меня никто никогда не возил во Флориду.
— Для нас это огромное удовольствие, Вуди. Ты потрясающий мальчик, мы все тебя очень любим.
— Миссис Гольдман, я украл… Простите, я не заслужил жить с вами.
