Валерий Петрович с его крепкими руками и горячим сердцем изображает любовь в образе невидимого хрустального шара, что заставляет читателей задуматься о структурах и динамике чувств. Кочевая кровь — это роман об эмоциональных взаимодействиях и их неожиданных хрониках в жизни Валерия Петрова, где каждый шаг — новое измерение любви и отчуждения....
Любая двойка в школе – это минус всему отряду. Если отряд отстает в показателях по школьной успеваемости, то всех в отряде лишают просмотра кино, а в выходные заставляют полдня маршировать на плацу. За то, что ты лишишь остальных пацанов в отряде воскресного отдыха, они будут тебя бить. И это не все, Мехмон!
Я встал, с грохотом отодвинул в сторону стул.
– Не пройдет и полгода, как ты превратишься в забитое бесправное существо. Над тобой будут издеваться все в отряде. Ты опустишься, станешь выполнять прихоти всех старших пацанов, и настанет день, когда самый авторитетный парень в отряде отведет тебя в темный угол и предложит удовлетворить его как мужчину.
– Почему? – не удержался от вопроса спортсмен.
– А потому! – жестко и властно заявил я. – Нет для маагутов хуже позора, чем иметь в роду мужчину, которого использовали как женщину. Если он рискнет после спецшколы приблизиться к своему табору, то родственники-мужчины будут обязаны немедленно убить его. В нашем мире он жить не сможет, потому что он дикарь, а для маагутов он перестанет существовать как человек.
Горбунов увел Мехмона в камеру.
– Как говорит наш любимый генсек: «Процесс пошел!», – я с удовлетворением потер руки. – Через час мальчик попросится на допрос.
– Это все правда, что вы тут говорили? – спросил обескураженно спортсмен. – Про спецшколу, про двух бичей?
– Родион, молчи, не мешай мне работать! – огрызнулся я. – Если я не найду к завтрашнему дню пистолет, то меня уволят в конце месяца. Ты понял? Я за малолетними шлюхами по помойкам не бегаю, но уволят именно меня.
