В Книге ХIV "Кодекса Крови" Чарльз Шен дю Лимузен становится жертвой собственных достижений, когда его семья оказывается под угрозой. Жером, его сын-джентльмен, вынужден использовать кровную магию для защиты и самовыражения, превращаясь в хладнокровного убийцу. В центре внимания — драматичная схватка между традицией и изоляцией в мире черной магии, где каждый шаг может быть последним....
«Кто сказал, что в одну реку нельзя войти дважды? Чушь!»
Дверь кабинета отворилась, и вошёл Альфонсо. Брат хмурился. В руках у него была измусоленная французская газета, пропахшая тухлой рыбой, да ещё и с потёками крови.
— Если слуги не убрались у тебя в комнате, накажи их сам. Нечего тянуть ко мне в кабинет собственное дерьмо, — наморщил нос Висконти, убирая отчёт нюхачей и гравюру в отдельную папку.
— Очень смешно, — скривился брат. Усевшись в кресло напротив и развернув газету, он принялся читать:
— До конца месяца в республике пройдут мероприятия по дезинсекции.
— Альфонсо, ближе к теме, — граф Борромео совершенно не понимал, на кой-брат зачитывает ему полнейшую чушь из бульварной газетёнки с блошиного конца Парижа.
— Можно, — убрал газету двумя пальцами от себя Альфонсо, — небезызвестный нам с тобой Талейран только что предложил нам убить некого русского графа под покровительством Комара.
— Мы не наёмные убийцы, мы убиваем либо из необходимости и самозащиты, либо ради удовольствия, но никак не за деньги, — выражение лица Висконти не изменилось, ни один мускул на его лице не дрогнул. — И уж тем более, связываться с Талейраном себе дороже.
— Пять миллионов золотом, — на всякий случай озвучил сумму заказа Альфонсо, хотя внутренне и был согласен с решением брата. Талейраном он восхищался, но так восхищаются прекрасной и смертоносной змеёй в террариуме, не желая оказаться с ней один на один.
— Да хоть десять, — фыркнул Висконти. — Мы на него работать не будем. Пусть сами своё дерьмо разгребают. Заварили кашу с этой революцией, а теперь трясут кошельком перед нами, как импотент своей недвижимостью перед путаной, в надежде, что всё получится.
— Значит, отказываемся?
— Да, мне нужно повторять дважды?
Альфонсо шутовски извинился, не произнеся ни слова, и на ходу хотел закинуть газету в мусорное ведро.
— Не вздумай! — полетело ему в спину.
