Ночью, как в старом рассказе Чехова, улицы были пусты. Всё вымерло — ни хлопушек, ни мусорщиков не было. И вот такой необыкновенный сон приснился мне именно тогда, когда он собирался на работу, и это чувство будущего сновидения заставило меня задуматься над таинственными связями между днями и ночами....
Так она осталась жить, а через три месяца на свет появился мой отец, которого она назвала именем деда...
Он рассказывал это очень просто и твердо. Как-то повествовательно, как сказку рассказывал: ""Жили-были..."" И от этого делалось еще страшней, и хотелось сжимать кулаки и плакать оттого, что это было на свете...
- Я не знаю, зачем все это тебе рассказываю, - виновато сказал он. - Я приготовил положительные эмоции, целый вагон хороших анекдотов. Но когда я тебя увидел, то понял, что анекдоты не нужны. Поэтому рассказываю что-то не то.
- Именно то! - нетерпеливо перебила я его. - Именно, именно то!
- Ну тогда слушай дальше, - сказал он и переложил сетку с колен на скамейку. Апельсины свободно раскатились, и один даже упал со скамейки, застряв в сетке и оттягивая ее, как баскетбольный мяч. - У бабули не осталось ни одной дедовской фотографии. Так уж получилось. Люди редко в то время фотографировались, и потом, она тотчас же уехала из того городка, где жила с дедом. Я не думаю, чтобы она забыла его лицо.
