Серые стены и скромные постройки станции создают атмосферу затерянности этого местечка в глухой непривлекательной степи. Мелкий дождь лишь подчеркивает унылое состояние всего вокруг, когда единственная пассажирка торопливо шествует к поезду с чемоданом на руках.
Аня в это время обежала поляну и выхватила из костра догоравшее полено. Как раз сбоку можно было схватиться голыми руками.
Не зря в народе говорят – велика фигура да дура. До амбала все доходило медленно, поэтому он только успел подняться, как Аня ткнула ему в лицо горящей головней. Он отскочил, споткнулся о корень и плюхнулся задом в костер.
Опять-таки дошло медленно, так что штаны прогорели качественно, и не только штаны. Поляну огласил оглушительный рев, которому вторили крики того, в чью икру вцепился пес.
Не тратя времени даром, Аня устремилась к последнему подонку, невредимому, если не считать удара котелком по плечу.
Тот оказался трусом, увидев прямо перед собой разъяренную Аню с головней наперевес, он тоненько взвизгнул и бросился наутек. Аня бросила ему вслед полено и попала по голове. Особого урона не нанесла, разве только моральный.
Второй тип исхитрился, схватил нож и пытался ранить собаку. Аня подоспела как раз вовремя, чтобы двинуть его поленом, теперь уже не из костра, и отобрать нож.
Аня с удовлетворением увидела, что штанина его была мокрой от крови.
Зрелище было отличное. Один хромал, второй держал голову на сторону, амбал жалобно подвывал, поскольку его зад, видно, сильно обгорел.
– Только посмейте еще его тронуть! – крикнула им вслед Аня. – Тогда вообще убью!
Когда все стихло, Аня повернулась, но не нашла никого возле хижины, кроме Ронни, усиленно лизавшего лапу. Хозяин хижины исчез. Аня вздохнула и пожала плечами.
"Утро выдалось чудесное, как будто не конец октября, а самое настоящее лето. Конечно, ночь была холодная, зато небо голубело над поляной и солнце просвечивало сквозь ветви деревьев.
Аня умылась, прибрала следы вчерашней битвы, отдала Ронни сосиски, валявшиеся на траве.
Хозяина хижины не было, зато где-то через час она услышала приближающийся треск мотоцикла. Сначала хотела затаиться в хижине, потом решила, что лучше оставить себе свободу маневра – мало ли, вдруг понадобится уносить ноги.
Села под навесом и положила нож так, чтобы можно было быстро взять.
Мотоцикл затих, и через некоторое время на поляне появился человек. Немолодой, коренастый, он ступал твердо и уверенно, поглядывая по сторонам. Подошел к хижине, открыл было дверь, но тут пес не выдержал и зарычал.
Человек повернулся и посмотрел сверху вниз на собаку, нисколечко не испугавшись рыка.
– Привет! – сказал он. – Что ж плохо дом охраняешь? Я ведь почти вошел.
