Магичка по хозяйству неожиданно оказывается на кухне у орков. Теперь ей предстоит год отработки среди диких аппетитов, грязи и хаоса. Но она знает секрет — превращать ничего в чудо. Выживание через кулинарию станет её главным оружием.
Моё сердце ёкнуло. В спешке подготовки к походу я совершенно забыла об этом ограничении. Все кухарки были привязаны к своим общинам железными узами магии, именно поэтому предыдущие не могли сбежать далеко.
— Но тогда весь поход теряет смысл, — пробормотала я, чувствуя, как рушатся все планы.
— Не совсем, — вмешался Адриан, подходя ближе. — Контракт можно расторгнуть досрочно, если представитель королевской власти признает его выполненным.
— А вы можете это сделать? — с надеждой спросила я.
— Могу, — кивнул магистр, доставая из кармана небольшой пергамент с королевской печатью. — Как магистр высшего ранга, я имею полномочия освобождать магов от принудительных контрактов в случае государственной необходимости.
Он развернул пергамент и произнёс несколько слов на древнем языке. Магические буквы на документе вспыхнули золотистым светом, а я почувствовала, как что-то невидимое, но тяжёлое, что давило на меня все эти месяцы, внезапно исчезло.
— Готово, — сказал Адриан, сворачивая пергамент. — Теперь ты свободна от обязательств перед общиной.
Свобода. Впервые с момента появления в этом мире я была по-настоящему свободна. Могла пойти куда угодно, делать что угодно. Но странное дело — вместо радости я почувствовала лёгкую грусть. Эта община стала мне домом, а её жители — семьёй.
— Не думай об этом как о прощании, — тихо сказал Торг, заметив моё настроение. — Мы будем ждать твоего возвращения.
Горха подошла и протянула мне небольшой мешочек с травами:
— На всякий случай, — проворчала она, но в её жёлтых глазах читалась неподдельная забота. — И береги себя, девочка.
Грок и Зуба стояли рядом с группой воинов, и было видно, что они с нетерпением ждут начала похода. За эти недели братья заметно возмужали — плечи стали шире, движения увереннее, а в глазах появился тот особый блеск, который отличает опытных воинов.
— Готовы? — спросил Острозуб, окидывая группу взглядом.
Получив утвердительные ответы, он махнул рукой в сторону ворот.
— Тогда идём. И помните: в лесу мы не орки из Сарготы, а охотники. Тихо, быстро, незаметно."
"Мы направились к воротам общины, которые орки открыли специально для нашего выхода. За частоколом начинался Дикий Лес — тёмная стена деревьев, между которыми клубился туман. Где-то в этой зелёной бездне нас ждали неисчислимые опасности, но пути назад не было.
Первые часы пути прошли относительно спокойно. Острозуб вёл группу по едва заметным тропам. Орки двигались с удивительной лёгкостью и тишиной, несмотря на тяжёлое снаряжение.
