Магичка по хозяйству неожиданно оказывается на кухне у орков. Теперь ей предстоит год отработки среди диких аппетитов, грязи и хаоса. Но она знает секрет — превращать ничего в чудо. Выживание через кулинарию станет её главным оружием.
Их массивные фигуры словно растворялись среди деревьев, становились частью леса.
Я старалась не отставать, хотя непривычная нагрузка давалась нелегко. Адриан шёл рядом, время от времени придерживая меня за руку на особенно сложных участках пути. Его прикосновения были осторожными, почти невесомыми, но от них становилось теплее на душе.
— Как дела? — тихо спросил он, когда мы остановились на небольшой привал у ручья.
— Пока держусь, — ответила я, смахивая пот со лба. — Хотя понимаю, что это только начало.
— Будет тяжелее, — честно предупредил магистр. — Но ты справишься. Я видел, на что ты способна.
Где-то в час дня случилось нечто, что заставило всю группу замереть. Острозуб внезапно поднял руку, подавая сигнал к остановке, а затем медленно опустился на одно колено, прижав ухо к земле.
— Что-то идёт, — прошептал он. — Много чего-то. С северо-запада.
Орки мгновенно приготовились к бою, но Грок вдруг покачал головой:
— Нет, не нужно. Они пройдут мимо, если мы не будем шуметь.
— Откуда ты знаешь? — удивился Острозуб.
Зуба осторожно подошёл к ближайшему дереву и приложил к нему ладонь. Его глаза закрылись, лицо стало сосредоточенным, словно он к чему-то прислушивался.
— Деревья говорят, — тихо произнёс он, и в его голосе звучало удивление. — Я слышу их шёпот. Они говорят, что звери-не-звери идут к большой воде. Не охотятся, просто идут.
Адриан изумлённо уставился на молодого орка:
— Ты можешь общаться с растениями?
— Раньше не мог, — смущённо ответил Зуба. — Но после того, как стал есть Эммину еду… что-то изменилось. Как будто в голове проснулось что-то древнее.
— Связь с природой, — прошептал магистр, переводя поражённый взгляд на меня. — Ты вернула им шаманские способности.
Через несколько минут мы услышали звуки приближающейся группы тварей. Тяжёлые шаги, шорох листвы, приглушённое рычание. Мы притаились за поваленными стволами и наблюдали, как мимо нас проходит целая процессия чудовищ.
Впереди шли три броневика-кровососа, их металлические панцири поблёскивали в пятнах солнечного света. За ними ползли несколько кольцевиков, извиваясь между деревьями. Замыкали процессию два воздушника, которые передвигались по земле неуклюжими прыжками.
Все твари двигались в одном направлении, словно выполняя чей-то приказ. Они не оглядывались по сторонам, не принюхивались, не искали добычу, а просто шли, повинуясь неведомой воле.
— Не нравится мне это, — пробормотал Острозуб, когда звуки окончательно стихли. — Твари ведут себя слишком организованно.
