В землянке потолок: деревянные балки, паутина. Открываешь глаза - котел с жужжащей изнутри птицей. Атмосфера дикой выживальщицкой дружины на орочьей кухне, где каждое слово и каждый шепот может стоить жизни.
Грок и Зуба рассказывали остальным о том, что слышали от деревьев, а бывалые воины делились историями о предыдущих походах в Дикий Лес.
Когда окончательно стемнело, Острозуб организовал смену караульных. Костёр погасили, оставив лишь тлеющие угли, и лагерь погрузился в настороженную тишину.
Я лежала на теплой подстилке, слушая ночные звуки леса, и не могла заснуть. Где-то вдалеке ухал филин, шуршали листья под лапами мелких зверьков, потрескивали остывающие угли. Но за этими обычными звуками чувствовалось что-то ещё — скрытая угроза, затаившаяся в темноте.
Атака началась без предупреждения.
Первым забил тревогу часовой — молодой орк по имени Серый Клык. Его предостерегающий свист разорвал ночную тишину, и лагерь мгновенно ожил.
— Воздушники! — крикнул он, указывая в небо. — Много!
Я успела увидеть тёмные силуэты, планирующие между верхушек деревьев, прежде чем Адриан сбил меня с ног, прикрывая собственным телом.
— Лежи и не высовывайся! — приказал он, одновременно творя защитное заклинание.
Над нами тотчас вспыхнул полупрозрачный купол голубоватого света — магический щит, о который с глухими ударами бились атакующие твари. Когти воздушников скребли по магической поверхности, оставляя искрящие следы, но щит выдерживал.
Орки сражались с хладнокровием. Их движения были точными и экономными: каждый удар мечом, каждая стрела находили цель. Острозуб командовал группой короткими командами, а воины выполняли их без колебаний.
Один из воздушников сумел прорваться сквозь защиту и ринулся прямо на меня. Его красные глаза горели яростью, а когти были вытянуты для смертельного удара. Но Адриан опередил тварь — его рука вспыхнула ослепительным белым светом, и молния ударила чудовище в грудь.
Воздушник рухнул на землю в нескольких шагах от нас, его тело дёргалось в предсмертных судорогах. Запах жжёной плоти смешался с дымом от костра.
— Ранен кто-нибудь? — крикнул Острозуб, когда последняя тварь была добита.
— Царапины, — отозвался один из воинов. — Ничего серьёзного.
Адриан медленно поднялся, его лицо было бледным от магического истощения. Поддержание защитного щита стоило ему немалых сил.
— Спасибо, — тихо сказала я, глядя на него с благодарностью.
— Всегда пожалуйста, — ответил он, и в его улыбке было что-то такое тёплое, что сердце заколотилось быстрее.
Остаток ночи прошёл без происшествий, но сон ко мне так и не вернулся.
