В землянке потолок: деревянные балки, паутина. Открываешь глаза - котел с жужжащей изнутри птицей. Атмосфера дикой выживальщицкой дружины на орочьей кухне, где каждое слово и каждый шепот может стоить жизни.
Я стояла, не в силах вымолвить ни слова, а слезы текли по моим щекам. Я пришла в этот мир чужой, потерянной, без имени и без прошлого. А теперь я стояла в кругу вождей, окруженная друзьями, и обретала не просто дом, а целую родину. Я посмотрела на Адриана, и в его улыбке я увидела не только радость за меня, но и подтверждение его собственных слов. Он тоже нашел здесь свою правду. Нашу общую правду.
Глава 41
Прошло три месяца с того дня, как мы вернулись в Сарготу. Три месяца, за которые мир изменился до неузнаваемости.
Жизнь кипела. Под руководством Скалолома орки начали прокладывать безопасные дороги к Железной горе, организуя регулярные экспедиции к залежам сердце-камня.
Дробитель Костей, используя свой непререкаемый авторитет, формировал из воинов всех кланов единую армию, обучая их новым тактикам совместного боя. Теперь орочьи патрули не просто отбивались от тварей, они методично очищали весь Дикий Лес, превращая его в безопасную территорию.
Рысь отвечала за разведку и патрулирование границ, ее Острые Клыки стали глазами и ушами нашей новой страны.
— Уже седьмая попытка за эти три месяца, — докладывала она на одном из заседаний Великого Совета. — На прошлой неделе трое магов из северного королевства пытались пройти, замаскировавшись под торговцев. Барьер их не пропустил. А позавчера отряд разбойников решил, что может прорваться силой. Результат тот же.
— Хорошо, — кивнул Торг. — Пусть знают, что наша защита непроницаема. Но нам нужно думать о дипломатии.
И действительно, проблема назревала. Сквозь барьер не мог пройти ни один человек или маг, а значит, обычная дипломатия была невозможна. Именно тогда Адриан предложил решение.
— Нужно построить дом для переговоров, — сказал он на совете. — За барьером, на нейтральной территории. Место, где представители других королевств смогут встречаться с нашими послами.
— И кто будет нашими послами? — спросил Скалолом.
