Словом, объявление я не прочитала. А когда заскочила отдать его в редакцию, повезло – очереди не было. Подскочила к окошку и протянула купон с объявлением и деньги. Девушка прочла текст, посмотрела на меня странно и потребовала паспорт. Зачем-то пролистала его и на графе «семейное положение» презрительно хмыкнула."
"Чтобы было понятно, текст доченька написала следующий: «Я – маленькая, черненькая и очень хорошенькая. Мне нужен друг, которого я буду любить преданно и верно. Я буду всегда встречать его радостно и весело.
А за конфетку я даже готова постоять на задних лапках!» И наш телефон. О щенке и породе – ни слова! Как потом объяснила Ира, места на купоне не хватило, строчки кончились.
Через три дня объявление вышло. Прихожу с работы, дети возбуждены: у дочери румянец во всю щеку, у сына глаза подозрительно блестят. Значит, либо разбили что-нибудь, либо подрались, потом помирились, снова подрались и теперь раздумывают, сражаться или замиряться.
– Мы не ссорились, – говорят, – и ничего не разбили. Но, мама! Тут все время звонят насчет Милы, ты не могла бы отвечать?
Конечно! Да я и не доверила бы детям отбор хозяев для нашей малышки.
Звонок. Поднимаю трубку, мужской голос:
– Это по объявлению.
– Замечательно! – Я от доброжелательности буквально плавлюсь. – Как вас зовут?
Вопрос, кажется, очень простой, а мужчина замялся:
– Ну, допустим, Сергей.
– Очень приятно! А я – Татьяна.
– Давайте встретимся! – с ходу предлагает, «допустим, Сергей».
– Подождите! Вначале я хотела бы кое-что выяснить.
Как вы относитесь к собакам?
– К собакам? – удивился он. – Нормально отношусь.
– Но вы хотите завести собаку? – настаиваю я.
– Как-то не думал, но вообще-то можно.
– Извините, Сергей! Очевидно, вы еще не приняли решения, а нам нужен искренне любящий хозяин, как говорится в таких случаях – «хорошие руки». Всего доброго!
Положила трубку и тут же подняла. Звонил, естественно, мужчина. Не здороваясь, с придыханиями сообщил:
– Обожаю! Я обожаю маленьких веселых брюнеточек! Мой тип!
Вступление мне не понравилось, и я осадила звонившего:
– Сейчас маленькая, но, знаете ли, вырастет до солидных размеров.
– Малолетка? Во дают! Несовершеннолетних пристраиваете?
– Мы еще ничего не даем! – сказала я строго. – И пристраиваем исключительно в хорошие руки.
– Не-е! – протянул он разочарованно. – Под статьей ходить не хочу.
– Никто и не заставляет! – обиделась я и положила трубку.
У следующего «собачника» тоже был мерзкий голос, сладкий и скабрезный одновременно.
