Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
— Для начала нанесем визит вежливости их барону. Я ж как никак княжеский порученец, а Лисы наши союзники. Так что, положение обязывает. Ты со мной?
— А ты уверен, что мы потом от этого барона выйдем живыми? — решил уточнить Миха.
— Совершенно не уверен.
— Тогда с тобой, конечно.
— Не сомневался в твоем ответе. Только сначала мы свяжемся с князем при помощи твоего замечательного устройства. Помнится, мы недавно видели речку. Она ведь нам подойдет?
— Вполне, — подтвердил Миха.
— Вот и ладно. Если мы придем к барону не просто так, а с посланием от князя, то может убивать нас он поостережется.
— Дело говоришь, — согласился Миха и развернул коня, — Возвращаемся к речке.
Глава 38
Глава 38. Подготовка обороны.Такого оживления в окрестностях Северграда не наблюдалось больше ста лет, с тех самых пор как вступил в действие подчиняющий договор. Сюда стеклись сотни нелюдей, все как один пожелавших принять участие в восстановлении крепости. Уговоры на них никак не действовали. Тогда Вася попросил гоблина Чачу собрать всех местных старейшин, и в итоге имел с ними разговор, в котором на пару с Акимом попытался донести до них степень опасности, которой они себя подвергают.
— Вы поймите, — говорил он, — Мы пошли против воли Азум-хана, нам он этого не простит и пришлет сюда воинов. Очень много воинов, чтобы вернуть себе крепость.
— Хан злопамятный. Хан жадный. Хан ничего никому не отдает, — соглашались старейшины, — У хана много воинов.
— Ну, хоть это вы понимаете. А теперь и другое поймите.
— Хан никого не жалеет, — соглашались нелюди, — Хан злобный как Красная Собака. Мы больше не хотим терпеть власть хана. Мы поднимемся в полный рост и встретим его воинов.
— Вы не понимаете, — Вася схватился руками за голову, — Он отправит много сотен бойцов.
— Тогда мы умрем. Но мы больше не хотим терпеть власть хана, — сухо сообщили старейшины и поднялись, давая понять, что обсуждать больше нечего.
— Вот и поговорили, — со вздохом подытожил Аким.
Вася вполне отдавал себе отчет в том, что именно он действиями своей десятки уронил ту последнюю каплю, что переполнила чашу терпения, и потому ощущал себя ответственным за этих нелюдей.
