Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
Поскольку крепость стояла на острове, окруженном водой, льда было в избытке, а кикимы в пилке льда оказались умелыми мастерами, для обеспечения своей жизнедеятельности за зиму им приходилось во множестве выпиливать на озере рукотворные проруби.
В итоге Аким получил стандартизованные по весу и объему боеприпасы, а вокруг крепости появилось множество скрытых ловушек, когда очередную прорубь припорашивало снегом, она становилась неотличима от остальной снежной глади, и для угодившего в нее бойца, особенно в тяжелом доспехе, такая ловушка могла стать смертельной.
Чтобы добиться большей точности веса боеприпаса, вместе с чуховым старшиной Аким изготовил простые весы, а в качестве эталона на одну их чашу укладывал увесистую березовую чурку. Если кусок льда был тяжелее чем надо, с него скалывали излишек, если легче — домораживали. А поскольку механизм его метательный машины позволял регулировать угол, под которым относительно горизонта запускался боеприпас, Аким добился отличной точности метания, с погрешностью не более одного метра.
Не только у чухов нашлись свои умельцы-изобретатели, внесшие свои предложения по изготовлению метательной техники. Древесники захотели сделать машину, заряжаемую целым тесаным бревном, которое не столько металось, сколько скатывалось с разгона со стены.
Гоблины, привыкшие метать дротики, в изготовлении собственного метательного устройства решили пойти другим путем и отказались от идеи машины, приводимой в действие за счет тяжести противовеса.
