Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Сегодня я не хочу возвращаться туда. В последние дни мне и так досталось, а теперь еще эти двое…
Она вздрогнула, и Ребус подумал, что если она играет, то играет превосходно. Он пожал плечами, хотел ответить, но вместо этого встал и подошел к окну, взвешивая решение.
На улице уже горели оранжевые фонари, озаряя улицу неестественным светом, как во второсортных голливудских фильмах. Прямо напротив его окон стояла машина. С третьего этажа Ребус не мог рассмотреть, кто сидит за рулем, хотя стекло передней дверцы было опущено.
— Вы разрешите?
Голос Трейси потерял всю свою самоуверенность.
— Что? — переспросил Ребус рассеянно.
— Ну, можно мне…
Он обернулся к ней.
— …остаться? — повторила она.
— Конечно. — Он направился к двери. — Оставайся сколько хочешь.
* * *Спускаясь по лестнице, он обнаружил, что вышел в одних носках, и остановился. Ладно, была не была. Мать всегда говорила ему, что он простудится, если будет ходить по лужам, но он не простужался. Вот отличный повод проверить это еще раз.
Когда он проходил мимо двери на втором этаже, она открылась, на площадку выдвинулась всем корпусом миссис Кокрэйн и перегородила ему дорогу.
— Миссис Кокрэйн, — приветствовал он соседку, оправившись от неожиданности.
— Вот. — Она протянула ему что-то, и ему ничего не оставалось, как взять. Это был кусочек картона размером примерно десять на шесть дюймов: ВАША ОЧЕРЕДЬ МЫТЬ ЛЕСТНИЦУ. Когда он поднял глаза, дверь миссис Кокрэйн уже закрылась, и он услышал, как она шаркает в гостиную, к своему телевизору и своему коту.
Ребус пошел дальше вниз по холодным ступенькам, держа картонку в руке. «Старый вонючий кот», — прибавил он, имея в виду теперь уже себя.
Входная дверь была закрыта на задвижку. Он открыл ее, стараясь не скрипнуть. Машина стояла на месте. Он вышел на улицу, но водитель сразу заметил его. Окурок вылетел из окна и двигатель заработал. Ребус на цыпочках побежал вперед. В глаза ему ударил яркий свет фар, и он зажмурился.
Машина притормозила на перекрестке, ожидая возможности повернуть. Ребуса отделяло от нее не больше сотни ярдов. В детстве он неплохо бегал на короткие дистанции: его брали в школьную команду, когда там не хватало одного человека.
