Автор
В холодном городе штурмует снег, словно обрушивающийся гнев небес на здешние улицы. На Канард-стрит, где скрываются лица печати, он становится главной цели - ледяные капли сыплются вовсю на шею мужчины, который только что вышел из такси и пытается укрыться от стихии.
У меня чудесная квартирка и, поверьте, обставленная не всякой всячиной!
– А как антиквары относятся к вашей работе? У вас есть…"
"– Взаимопонимание? Определенно! Я хожу на все их собрания, и мы отлично ладим. Когда я только открыла торговлю, меня опекал Энди Гланц и дал много ценных советов. – Она вздохнула: – Меня потрясла эта потеря. Вы знали Энди?
– Нет, никогда не видел. Он…
– Что ж, тогда я скажу вам. Всегда создавалось впечатление, что на Гланце белый галстук и фрак, даже если он в рабочих брюках скоблил какую-нибудь мебель.
– Разве он не был помолвлен с…
– Драконихой? Неформально, но они были бы прекрасной парой. Жаль, что он связался с этой…
– Вы имеете в виду… – произнес Квиллер с многозначительной паузой.
– Ну вот, снова я разболталась! Сын говорит, что Хламтаун сделал из меня сплетницу. Не скажу больше ни слова!
И она не сказала.
В положении Квиллера была некоторая двусмысленность.
Задумчиво поглаживая усы, Квиллер все-таки решил предпринять очередной шаг. Он отправился в магазин «Немного старины», о чем впоследствии пожалел.
Десять
Магазин находился рядом с «Древностями» Кобба – в одном квартале с «Голубым драконом», бывшим экипажным сараем, где теперь обосновался Рассел Пэтч, угловым магазином Энди и лавочками, которые торговали всякими мелочами, удовлетворяя спрос жителей Хламтауна на молитвенники в тисненых обложках и черные панталоны с красной отделкой.
Квиллер поднялся по обледеневшему каменному крыльцу и попал в тускло освещенный холл.
