В темноте квартиры нестерпимая синева скулы призывала к тихому уходу. Вой Орешникова заставлял задуматься: через окно или попросту выброситься? Отчаяние и безвыходность пронизывали пространство, будоража воображение героини.
Он вернулся! Когда? Когда?
Кет, чувствуя, как от радости отнимаются ноги, кинулась на шею, не раздумывая. Обнимая, целуя, куда попало, тихо всхлипывая.
И не замечая, поначалу не замечая совершенно, что ответа нет.
Ее Кот застыл в дверях, уже пару раз пытающихся сомкнуться, не двигаясь, словно каменный.
Кет посмотрела, наконец, в его лицо, поразившись пустому взгляду.
- Кот! Кот! Что такое, Кот?
Она не размыкала рук, прижимаясь все сильнее, и ощущая, как зарождается в огромном теле ее любовника тяжелая, страшная дрожь.
- Кот, что случилось? - она уже поняла, что что-то произошло, и теперь не знала, как реагировать.
Ослепляющая радость от встречи постепенно уходила, давая место недоумению и страху. Не его она боялась, нет. За него. Кет осознала, что в командировке произошло нечто страшное. Именно поэтому ее Кот такой.
И как себя вести в такой ситуации, не знала.
И не знала, как реагировать на его потяжелевшее дыхание, его наконец-то сомкнувшиеся, больно и грубо вцепившиеся в талию горячие руки, движение тела, одним махом прижавшего ее к стене лифта и поднявшего сразу на уровень глаз.
Все это до боли напомнило тот, первый их раз, первый поцелуй в лифте, сокрушающую ярость и безумную, неконтролируемую силу.
Воспоминание резануло жаром между ног прежде, чем Кет смогла осознать свою реакцию.
Она хотела все-таки спросить у Кота, что же случилось, хотела утешить, но грубый злой поцелуй оборвал ее намерения.
Не отрываясь, продолжая мучить ее губы, Князь нашарил кнопку стопа. Лифт тряхнуло.
Но Кет, у которой было стойкое ощущение одновременно дежавю и попавшей в молотилку мышки, этого даже не заметила. Кот ее резко перевернул, вжал в стену, одной рукой шаря под юбкой, а другой фиксируя за шею.
- Кот, Кот… Ты что? Ты что?
- Заткнись, бл*ть!
Голос его был совершенно жутким, жестким, жестоким даже. И движения… Ни грамма нежности. Василий и раньше не проявлял особой деликатности с ней, но сейчас вообще словно с ума сошел.
Кет не знала, что и думать, растерянная и немного испуганная, она тем не менее ощущала, что ее тело очень даже не против такого обращения.