Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира....
Говорливые мужики, они говорливые везде. На следующем постоялом дворе, лежа в санях рядом с другими такими же, как они, обязательно расскажут, что их, как господ, провели в теплый дом и спать на кроватях с одеялами уложили. Еще и приукрасят все. Нам такие слухи как раз и были нужны.
Пока Мария кормила Вариса и Грегори, которые могли бы поесть и сами, я объясняла Истану только что открывшуюся нам истину. А он кивал головой, молча соглашаясь. Впервые я чувствовала себя с ним комфортно. Впервые он внимательно слушал мои слова, не отмахиваясь, как от без умолку болтающей бабы.
***
Четверо купцов прибыли до обеда. Расположились в двух комнатах, выбрали и оплатили лучшие места на нашем рынке – самые ближние к отелю. Плотно перекусили, обсуждая наши окна. Старались незаметно пощупать ткань, проверяли на продуваемость – подставляли ладони. Света от них было, конечно, меньше, чем если бы это было стекло, но все равно, можно было не зажигать свечи или масляные горелки, которые нещадно чадили.
Девушки постарались, и шторы вокруг окон получились богатыми: от потолка и почти до пола, широкие, со складками. Для них такие занавески были в новинку, но я настояла на своем, и сейчас была рада.
Мы с Марией заняли столик в углу, и, скорее всего, были похожи на гостей. Это было нам на руку – можно было последить за людьми, присмотреться, на что они обращают внимание.
Как только купцы отправились к рядам, мы неспешно оделись и пошли за ними. Мне хотелось понять, всё ли работает так, как мы задумали. Часть товаров они выложили на прилавки, часть осталась в санях, которые поставили под навесы. Истан должен был проследить за тем, чтобы за санями присматривали люди из деревни, а не пришлые работники.
Еще пятеро купцов прибыли после обеда. Все старались заселиться поплотнее, чтобы не платить лишних денег. Оценили они и то, что за лепешки с медом платить было не нужно. Тем, кто оплатил комнату, они доставались бесплатно. После перекуса они торопились занять места на рынке.
