Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира....
А у меня замерзали ноги, потому что один из кувшинов, а может и все, разбился, и мокрые ноги на снегу начали гореть от мороза.
— Сейчас управимся, - голос был тоже немолодой, как и у нашего возницы, и я глубоко вздохнула: могут и не справиться.
— Я помогу, - еще один голос, но помоложе.
Через несколько минут я увидела, как они просунули под сани бревно, опертое на другое, лежащее рядом, и с помощью этого рычага подняли «крышку» над нами.
— Алисия, - голос Амира прозвучал для меня как песня. Не было ничего лучше сейчас, как услышать его голос.
— Амир? – прошипела я, потому что горло пересохло.
— Да он это, госпожа, повертайтесь, ну же? Ударило, что ли, чем? Не болит нигде? – Лидия крутила и вертела меня, как пирог на сковородке.
Руки подняли меня и поставили на землю. Передо мной стоял Амир. Тощий, как тогда, перед балом, но живой. Это точно был он.
— Я поехала искать тебя, потому что больше не могла ждать, Амир.
— На этот раз ты меня нашла, и я рад, что ты ехала навстречу мне. Всю дорогу думал, что же делать с твоей короной, если ты не ждешь меня
Настало время принять ее, Алисия. Я все сделал для того, чтобы выше тебя были только звезды. Ты – будущая королева Асталии, и без тебя я короноваться не стану.
— А король…
— Король теперь я. Грегори в безопасности, но у меня только один вопрос: будешь ли ты рада видеть меня каждый день? – в его глазах отражались отблески огня от факелов, зажжённых возницами.
— Я буду счастлива видеть тебя каждый час, Амир, - слезы катились из глаз, и я не могла их остановить.
— Но тебе нужен год? – он грустно улыбнулся и чуть отступил назад.
— Нет, мне не нужно ни секунды больше без тебя, - я сама шагнула вперед, и он обнял меня, приподнял и закружил, запинаясь в глубоком снегу.
— А еще, у меня скоро одеревенеют от мороза ноги. Они мокрые от пролитого чая, и я почти не чувствую колени, - пролепетала я, и он потащил меня за руку к карете, где, как полагалось, стояла жаровня.
Огромный костер, что разожгли возницы, нужен был для углей в жаровню, чтобы погреться сейчас, да и отогнать волков.
Через час мы выехали в сторону замка. Я дремала на удобном диване, хоть и сидя, но наклонив голову на плечо Амира. Лидии пришлось ехать в санях, как она ни кричала, что не оставит хозяйку.
