Ночью в горах засвистела метель, перекрывая все остальные шумы — далекий рев реки, низкий гул машин, тихий шепот деревьев. В автобусе зашуршали сухие листья, словно прощаются лето и осень, готовясь к зимнему покоя. Уже не так высоко поднимается дорога, теряясь в сумерках, но она все равно кажется бесконечной....
Нет, как выяснилось, есть еще Совет клана, решающий общие вопросы, но главное слово всегда за альфой. А еще я узнала, что перед свадьбой, которую мы запланировали на конец месяца, мне предстоит пожить какое-то время у бабушки Ильи, в небольшом закрытом поселке, чтобы научиться всему, что должна знать жена альфы. И это предстоящее расставание меня не радовало и вызывало опасения.
– Дашка, это ненадолго, – убеждал Баженов. – Я приму у дяди дела и сразу же тебя заберу.
– Но почему я не могу поехать с тобой?
Я смотрела в родные глаза и не могла отделаться от мысли, что Илье угрожает какая-то опасность, поэтому он и придумал эту поездку к бабушке.
– Поверь, никто лучше бабушки не сможет рассказать тебе о наших обычаях. Поживешь у нее, освоишься, книгу свою допишешь, а я тем временем подготовлю все к свадьбе."
"Илья говорил спокойно и легко, но я сердцем чувствовала, что не все так гладко, как он пытается мне показать. Ладно, если Баженов не хочет признаваться, я сама все узнаю.
Я пересела к Илье на колени и прижалась к его щеке.
– Это все хорошо, но есть еще один вопрос, который нам надо решить. Мои родители.
– Думаешь, они будут против?
Баженов усмехнулся, и я поймала краешек этой усмешки губами, но тут же отстранилась.
– Нет, что ты! Уверена, ты им понравишься.
– Тогда по дороге заедем к тебе, соберешь вещи, а я познакомлюсь с твоими родителями, – подвел итог разговора Илья и вернул мне поцелуй. А потом подхватил на руки и перенес на диван, и все разговоры моментально закончились.
И вот теперь мы ехали в машине, мимо мелькали повороты и выступающие над дорогой пласты скал, а впереди ждала новая жизнь. Папину «Тойоту» Илья поручил одному из оборотней, молодому молчаливому парню с затейливыми татуировками на руках и на шее, тот поменял пробитое колесо и сейчас ехал вслед за нами, а остальные задержались на даче. Правда, Илья сказал, что это ненадолго. Дядя собирался немного отдохнуть перед поездкой, да и его друзья тоже.
– Грешно быть на море и не искупаться, – сказал вчера вечером один из них, седой кряжистый оборотень с цепким взглядом слегка выпуклых глаз, которого Илья представил мне как Тихона Бортникова. Тот улыбался и выглядел добродушным и неопасным, но я видела, с каким вниманием он следит за каждым моим словом. Словно бы пытается просчитать, чего от меня ждать. Напрасное занятие. Я ведь и сама этого не знаю.
