Автор
Кто знает, зачем родители всегда меня ждали? Я была замечательно воспитана, но никому из них я и дня не пришлась по душе. В детском саду и школе я всегда оставалась в стороне, время со мной ушло на общие обязанности. Теперь я — красная королева надежды среди черного величия жизни, скрывающейся за обычным одиночеством.
Если кто-то из придворных хотел сказать комплимент детям, то, как правило, говорили что-то вроде: «Вы, ваше королевское высочество, удивительно похожи умом /красотой, силой, ловкостью, добротой/ на вашего покойного отца! Это был великий король, упокой Господи, его душу!». Неизбежно у детей должен был сложиться некий идеальный образ, сравнение с которым — всегда похвала. То, что я рассказывала им сейчас, практически рушило основы их мироощущения.
Мы даже не подошли к основной теме нашей беседы, к той, которая была важна именно для меня. Но я понимала: на сегодня точно хватит!
Поэтому я просто сказала им, что я устала, и если они не возражают, мы поговорим еще и завтра вечером. Поцеловала молчаливую, даже какую-то вялую Элиссон, пожелала ей спокойной ночи и, попрощавшись с Алексом, велела идти ему в свою комнату. Пусть у каждого из них будет время наедине осмыслить новый взгляд на дворцовую жизнь.
Глава 25
Следующие несколько дней дети оба были молчаливы и замкнуты. Внешне все проходило как обычно: мы обязательно виделись утром за завтраком, я всегда посещала их ранний ужин, и если вечер был свободен от дел, мы проводили время вместе. Однако в наших отношениях чувствовался некий холодок. Они обдумывали полученные сведения и пытались вместить их в свою картину мира.
Вторая часть беседы состоялась через несколько дней. И завел ее, что не удивительно, Александр.
— Мама, все мужчины имеют любовниц, — сказано это было не слишком уверенно. Алекс как бы ожидал от меня меня подтверждение.
Выдворив из комнаты фрейлин, я усадила детей на те же самые места, где они были в прошлый раз, и приготовилась к продолжению.
— Не все, Алекс, но очень многие.
— Тогда почему ты обижаешься на короля, что у него были эти любовницы?
Врать я не собиралась:
— Потому что это оскорбительно и унизительно для меня. Для вас, кстати, тоже оскорбительно, а еще и опасно. Вы были слишком малы и не помните, но после смерти короля покойный кардинал Ришон пытался официально признать внебрачного ребенка его величества. Да, ту самую девочку, которую родила фаворитка короля. И если бы не Божий промысел, мы бы сейчас имели еще одного наследника престола, который был бы равен с тобой в правах. Понимаешь, о чем я говорю?
До Элиссон дошло быстрее. Она испуганно прикрыла рот ладошкой и замерла, опасаясь дослушать правду. Алекс неуверенно посмотрел на сестру, потом на меня и спросил:
— Если бы там родился мальчик, то он был бы наследником трона?
— Да.
