Молодой человек нашел в себе силы вернуться в прошлое, живя на даче у покойной бабушки. Дом в железнодорожном поселке и квартира в городе оставались пустыми после смерти ее старого хозяина. Михаил Петрович начал преобразывать участок, чтобы зимой можно было жить там же, где он провел дни своей юности. Его труды придают уют маленькой деревенской дачи, словно возвращаясь в сердце забытого детства....
Он с неудовольствием оглядел комнату, где валялись детали, и подумал, что бывшая жена не так уж была не права, когда утверждала, что руки у него не только растут не из того места, но еще и обе левые. Хочешь – не хочешь, нужно было идти к соседу. Вот уж у Сан Саныча руки точно растут из того места, это все соседи знают. Сергей подумал и добавил, что голова тоже.
Он звякнул к соседям, но никто не открыл. Куда их понесло в воскресенье, когда погода ужасная – вон какой дождина хлещет!
Открылся лифт и выпустил мокрую Надежду.
– Привет, привет! Заходи! – обрадовалась она.
– Да я вообще-то к Сан Санычу… Только не говори, что опять он где-то сторожит или дежурит!
– Сегодня у него срочная работа, – помрачнела Надежда. – Охранную сигнализацию в новом «Макдоналдсе» монтируют. Слыхал, новый «Макдоналдс» сгорел?
– Слыхал, это его конкуренты подожгли, тоже которые из «Быстрой еды».
– Вот, третий раз уже сигнализацию переделывают. Они, главное, не успевают ее включить. Только сделали, все сдали – уже пожар! Хорошо, хоть деньги получить успели… Ну, что у тебя нового?
– Все, тетя Надя, дело сделано.
– Ты это к чему? Пятый нож в дело пошел?
– Нож-то как раз остался, но тетку – пришили! Огромный такой магазин сантехники «Марат» – знаешь?
– Так неужели… – Мадам Джакузи? – ахнула Надежда.
– Ее-то ты откуда знаешь?
– Я ее не знаю, но Саша, когда в «Бахчисарайском фонтане» сторожил, видел пару раз. Я тебе доложу, женщина – ох! Саша уж на что у меня человек спокойный, так и то дня два под впечатлением находился.
– Да не надо мне рассказывать, я и сам видел… то есть то, что от нее осталось.
– Значит, магазин «Марат». Это в честь того Марата, которого в ванне утопили? – полюбопытствовала Надежда.
– Какого еще Марата? – удивился Сергей.
– Как – какого? Деятеля времен французской революции. Там одна патриотка его в ванне утопила… или зарезала… но я точно помню, что в ванне. Ты, Сергей, позже меня в школе учился, должен помнить.
– Не знаю я ничего, – рассердился Сергей, – а магазин назвали так в честь хозяйки.
– Стало быть, теперь магазин переименуют? – не унималась Надежда.
– Ну, не знаю, может, название оставят в честь этого, из Парижской коммуны…
– Да не Парижской коммуны, а французской революции! Это чуть не на сто лет раньше было! Впрочем, тебе, как я вижу, без разницы.
Надежда достала из ящика стола все тот же нераспечатанный набор ножей.
