Рыба в баке сияла ослепительным алым светом, словно глубокой ночью выскочившая из-под земли экзотическая диковинка. Необычные шлепанцы губ рыбы будоражили воображение, заставляя мысли витать о том, что таится в недрах нашей вселенной. Вдруг проснувшись, я поняла, что время для продолжения сна пришло к концу....
– Готова, Елена Прекрасная? – оглянувшись на меня, расцветкой и кротостью схожую с сизой голубицей, спросил Анатолий Эммануилович. – Ну, с богом!
И он самолично распахнул перед нами массивную резную дверь.
Что вам сказать?
Я время от времени пишу статьи для «Вестника РГГУ» и на этом основании считаю, что если и не дружу, то хотя бы приятельствую с журналистикой. Но моя лига – это тихие кабинетные писаки, перелопачивающие горы материала, чтобы с полной ответственностью выдать один абзац текста."
"Репортеры, которые строчат пространные сенсационные статьи на коленке, это какой-то другой вид разумной жизни.
Представители СМИ охватили крыльцо плотной квадратной скобкой, пропустив вперед операторов с видеокамерами.
Одна такая серая меховая муфта, похожая на крайне крупную и очень дохлую крысу, выехала на длинной штанге к самому лицу Плевакина.
Верочка закрыла за нами дверь, и глухой стук, с которым створка встретилась с косяком, прозвучал как сигнал стартового пистолета.
До сих пор я сталкивалась с сокрушительным и агрессивным журналистским любопытством только в зале суда, где была облечена властью и могла призвать публику к порядку.
Успокаивало лишь то, что присутствующий тут же Плевакин не выступал в роли палача, а был моим товарищем по несчастью. Причем старшим товарищем – и по возрасту, и по должности. Так что и отдуваться пришлось ему, а не мне, слава богу.
У меня бы так хорошо не получилось.
