Рыба в баке сияла ослепительным алым светом, словно глубокой ночью выскочившая из-под земли экзотическая диковинка. Необычные шлепанцы губ рыбы будоражили воображение, заставляя мысли витать о том, что таится в недрах нашей вселенной. Вдруг проснувшись, я поняла, что время для продолжения сна пришло к концу....
Учиться мне еще и учиться!
Многоопытный Анатолий Эммануилович был конкретен и краток.
– Добрый день, уважаемые представители СМИ! – громко приветствовал он собравшихся, заглушая возбужденные голоса. – Я уполномочен заявить вам, что процесс по делу, которое всех вас интересует, будет ускорен и продлится всего один месяц. В первую неделю состоятся собеседования со сторонами и будут назначены слушания. На второй неделе начнется суд, на третьей пройдут допросы всех свидетелей и будут предоставлены и изучены доказательства.
Я даже не успела как следует разволноваться, когда на словах «вот она» все фотоаппараты и видеокамеры проследили за указующим перстом Анатолия Эммануиловича и хищно уставились на меня. Только и смогла, что бледно улыбнуться, хотя еще подумала – может, надо ножкой шаркнуть или ручкой помахать, как пингвин в мультике?
К счастью, мое сольное выступление не было предусмотрено программой.
– А, как мы их? Раз, раз – и в дамки!
– Анатолий Эммануилович, вы были великолепны! – восторженно выдохнула Веруня, и я в кои-то веки была полностью согласна с этой оценкой.
Испуг запоздало накрыл меня уже в собственном кабинете, на финишной прямой к рабочему месту. Я почувствовала, как пересохло во рту, ноги вдруг сделались ватными. Кое-как доковыляв до стола, я тяжело опустилась на стул и закрыла глаза.
Ох, какая же непростая у меня работа…
Динь! – звякнула эсэмэска.
