Рыба в баке сияла ослепительным алым светом, словно глубокой ночью выскочившая из-под земли экзотическая диковинка. Необычные шлепанцы губ рыбы будоражили воображение, заставляя мысли витать о том, что таится в недрах нашей вселенной. Вдруг проснувшись, я поняла, что время для продолжения сна пришло к концу....
Фома Горохов, красуясь перед Сашкой, ворочал и таскал тяжелые и габаритные вещи. И чуть не сверзился с крутой чердачной лестницы, спуская вниз здоровенный пузатый самовар.
Сашка обнаружила в дальнем пыльном углу колченогий туалетный столик с зеркалом и множеством ящичков, которые она потрошила с восторженными визгами. Очень скоро у нее на шее образовалась многоярусная гирлянда винтажных бус и ожерелий, ни с одним из которых дочь не хотела расставаться, так что продажа побрякушек обещала стать проблемой. Я предвидела, что без боя Сашка бусики не отдаст.
Даже мы с племянником Сенькой участвовали в раскопках, выбрав своей специализацией детские игрушки. Сенька нашел целую коллекцию деревянных корабликов, а я – семейство заводных кукол. Те, к которым нашлись ключики, даже работали!
– А этого господина я посмотрю, лапу ему выправлю, ключик подберу, у меня в сарае своя слесарная сокровищница есть, – азартно бормотал Василий Петрович, со всех сторон осматривая механического плюшевого мишку.
Анатомически он гораздо больше походил на настоящего медведя, чем современные игрушки.
Кстати, Бажов на чердаке тоже был. И Пушкин, и Лермонтов, и Чуковский, и чудесно иллюстрированные «Приключения Гулливера» сорок восьмого года издания.
– Книжки тоже пойдут на ура, – сказала Натка, сделав и запостив фото обширного труда некоего Г. Глазермана «Ликвидация эксплуататорских классов и преодоление классовых различий в СССР». Книжка была солидная – в переплете из черной кожи с золотыми буквами и вытисненным под эпическим названием значком серпа-молота. – Жаль, что мы все сразу не увезем, маловат у тебя багажник.
Собственно, только ограниченная вместимость багажника моей «Хонды» и остановила масштабные изыскательские работы.
