Рыба в баке сияла ослепительным алым светом, словно глубокой ночью выскочившая из-под земли экзотическая диковинка. Необычные шлепанцы губ рыбы будоражили воображение, заставляя мысли витать о том, что таится в недрах нашей вселенной. Вдруг проснувшись, я поняла, что время для продолжения сна пришло к концу....
Доктор, к которому я обращалась по поводу начинающегося гастрита, настаивает, чтобы я ела тушеную телятину, отварную форель и котлетки из индюшатины, запивая их козьим молоком или киселем из протертой малины. А я закидываюсь магазинными пельменями, если, конечно, случится такое счастье, и они найдутся в холодильнике. Или варю супчик из замороженных овощей на бульоне на букву «К». Не из курицы – из кубиков. Курица – это роскошь.
…Интересно, сварит Натка супец или нет?..
А вот моя «Хонда».
За этой прискорбной философией я и скоротала дорогу до работы. Очнулась только когда услышала:
– О чем задумалась, Елена Прекрасная?
Ого, как я углубилась в размышления! Целого председателя суда в коридоре не заметила! А он вот и поприветствовал меня, и даже подмигнул…
Небывалый случай! Обычно Плевакин со мной чинно здоровается.
– Доброе утро, просто настраиваюсь на работу, – уклончиво ответила я, слепо тыча ключом в дверь своего кабинета.
Собственная пухлая сумка с бумагами загораживала мне вид на замочную скважину.
– Не торопись, Елена Владимировна, – из коридора остановил меня Плевакин. – Задержись на пару слов.
– «Вы уволены»? – предположила я и на миг даже возрадовалась открывшейся перспективе.
Никаких больше пухлых томов, статей, показаний, определений, выдержек, постановлений и мер наказания.
Никаких бессонных ночей и красных от перенапряжения глаз.
Никаких бубнящих адвокатов, галдящей публики, врущих свидетелей, вздыхающих обвиняемых и их истерящих родственников.
Буду сидеть в тишине уютной квартиры, спать до полудня и варить полезные овощные супы… Хотя нет, не из чего мне будет их варить без скромной судейской зарплаты.
