В тихом царстве бордюров и деревьев, где воздух нежнее хрусталя, двое летчиков встречаются за крепким напитком в поисках подлинной связи. Мощный голос первого, как грохот молнии, осклабясь и смеясь над людьми, разбивает тишину, а второй лишь слушает, словно пропуская через себя беседу, полную загадок и страха....
Так ты уж не теряйся, подсказывай с ходу, и чтоб я на все их бестолковые вопросы толковые ответы дал.
– Сделаем, я же вас никогда не подводил, Александр Михайлович.
– И слов только этих, заумных, подбрасывать мне не надо. Их простой народ не понимает и не любит тех, кто их с экрана говорит. Понял? Я же не профессор какой-нибудь, а власть. Чтоб коротко и понятно, по-народному было, доходчиво – что для слесаря с автобазы, что для бабки в кедах. А то, знаешь, слово не воробей, вылетишь у меня в два счета.
Губернатор заметно нервничал.
– Репетнём? – осведомился губернатор. – Заводи свою шарманку.
– Мигом, – и референт связался с телеаппаратной, расположенной в кунге «КамАЗа». – Заведите текст выступления на суфлер, – попросил он.
По экрану поползли строчки из огромных, с кулак величиной, букв.
– Москва, здравствуйте, – зачитал губернатор с экрана первую строчку.
– Потом они вас спросят о том, как обстоят дела в области с пожарами, – подсказывал референт. – Сам вопрос я не записывал, вы его не увидите. А ответ – вот он, через интервал выскочит, просто прочитаете его. Если какой форс-мажор, я вам через наушник подскажу.
– А что это там такое – черточки какие-то? – Губернатор показал на ползущие по экрану строки.
– Это я ударения на всякий случай расставил.
– Правильно мыслишь. Система понятная и действенная, как в караоке.
– Да, время уже. Пойду к нашим.
На эфирном мониторе уже шла телепередача. Пока в телемосте принимали участие только чиновники федерального уровня, но уже показали и людей на площади в областном центре, и даже здание губернской администрации, сделав акцент на освещенных окнах кабинета губернатора. Намек был прозрачен – глава области не дремлет, даже в такое позднее время он на службе.
– Вот.
