Кровавая Луна завораживает своим мрачным светом, как и королевство Ревность — мир грехов и искупления. В этом поэтическом эпосе Норвегии Ю Несбё создает пугающую атмосферу смертельной опасности, где каждый шаг может обернуться кровавым проклятием.
В бунгало был полумрак, но белая полоса солнечного света проникала из-под бамбуковых жалюзи, протянулась вдоль грубого деревянного пола через каменную плиту, служившую кофейным столиком, и поверх кухонной столешницы.
На столешнице сидела кошка. Одна из кошек Люсиль, у которой их было так много, что Харри не мог отличить одну от другой. Казалось, что кошка улыбается. Она медленно махала хвостом, спокойно наблюдая за поспешно бежавшей вдоль стены мышью, останавливавшейся время от времени, чтобы поднять мордочку и хорошенько принюхаться, прежде чем продолжить путь.
"Харри потянулся за косяком на тумбочке, не отрывая глаз от мыши, направляющейся прямиком к кошке. Кошка бросилась, вонзив зубы в мышь и подняв её вверх.
Харри закурил косяк. Он пришёл к выводу, что дурь не в счёт, учитывая новый режим употребления алкоголя, который он себе установил. Вдох. Дым взвился вверх к потолку. Ему снова снился водитель «Камаро». И номера из Нижней Калифорнии, Мексика.
