В уездном городе Успенск в далеком 1875 году, наступает таинственный шепот времени и грустные тенденции. Купец Афиноген Порфирьевич Беловодов несёт с собой печаль века и мудрость веков. Разгадывать загадки судьбы — его жизнь, словно манит в невиданные звёзды.
— Вы не поверите, но покупатели уже начали интересоваться недвижимостью, и скажу по секрету, среди них есть одна киностудия! Так что вполне возможно, мы с вами полюбуемся на усадьбу в кино.
Анфиса поправила полотенце на голове и подошла к окну, за которым топорщился частокол многоэтажек.
— Я рада, что вам понравилась моя работа.
— Понравилась, очень понравилась! Впредь буду обращаться только к вам. Кстати, деньги я перечислил, проверьте счёт.
Анфиса улыбнулась:
— Обязательно проверю. Всего хорошего.
Она посмотрела на набухающие синевой сумерки с россыпью электрических огней вдоль тротуаров, на заставленный машинами двор — ни пройти ни проехать, на неповоротливый троллейбус около остановки транспорта. Где-то там, внутри города, сейчас находится Максим, а пёс Понтус наверняка сидит у дверей и ждёт хозяина, чтобы с визгом броситься ему под ноги.
Всю прошедшую неделю Анфиса поминутно вспоминала ночь у костра, заново повторяя в мыслях их бесконечный разговор до утра и то, как на заре они с Максимом подошли к деревянной церкви и залюбовались тёмным изумрудом мха на валунах фундамента, как Максим улыбнулся, глядя в её глаза.
Она постеснялась прямиком ответить на взгляд и стояла растерянная, смущённая и счастливая.
«Не забывайся, Анфиса, — напомнила она себе, — твой удел — работа, работа и ещё раз работа».
Чтобы не расслабляться, она достала учебник по истории искусства и стала изучать мастерство светотени на полотнах эпохи Возрождения, но мысли постоянно тянулись к развалинам особняка господ Беловодовых.
Анфиса полистала иллюстрации в учебнике, остановилась на «Флоре» Франческо Мельци и отрицательно покачала головой: нет, хозяйку особняка легче представить в виде барышень художника Маковского с невообразимо милой красотой русских просторов. Отложив учебник, Анфиса достала телефон и полистала фотографии: развалины особняка, Максим, пёс Понтус, церковь…
…В церкви Анфиса поставила свечу около Августовской иконы и оглянулась на Максима.
Потемневшими от волнения глазами он не отрываясь смотрел на образ и вдруг взял её за руку:
— Маленьким я часто болел, и, чтобы меня занять, мама приносила в кровать коробку с открытками. Я перебирал их, придумывал сказки, иногда тайком подрисовывал карандашом какие-то детали.
