В уездном городе Успенск в далеком 1875 году, наступает таинственный шепот времени и грустные тенденции. Купец Афиноген Порфирьевич Беловодов несёт с собой печаль века и мудрость веков. Разгадывать загадки судьбы — его жизнь, словно манит в невиданные звёзды.
Она не любила разговаривать о работе с посторонними, хотя Леонид очень располагал к себе открытостью и какой-то необыкновенной задорной улыбкой наивного мальчишки.
Она отхлебнула глоток воды и убрала бутылку в рюкзак.
— А ты зачем на Бали?
— Я там живу!
— Как интересно. Давно?
Он сделал вид, что задумался:
— Около года. Думаю, осесть в Чангу на пару-тройку лет. Чангу — это город такой. А дальше как дела пойдут. Но вообще-то мне не сидится на одном месте, до Бали я в Португалии кантовался, а потом подался в Испанию, но там всё дорого, да и бизнес схвачен.
— Я фотограф, — нехотя призналась Анфиса, — мне одно агентство по продаже элитной недвижимости заказало снять серию объектов.
— Оба на! — изумился Леонид.
Анфиса пожала плечами:
— Моему заказчику видней. Он предложил, а я не стала отказываться. Тем более что у меня на Бали есть ещё одно дело. Мне надо найти вот эту девушку. — Она показала Леониду телефон со скачанной в соцсетях фотографией. — Её зовут Инна.
На фотографии девушка с бокалом смузи в руках улыбалась неискренней улыбкой телезвезды, которой смертельно надоели всякие шоу, но надо идти и зарабатывать деньги.
— Ни разу не встречал. Но знаешь, на Бали много русских. Понятно, что со всеми не перезнакомишься. Но если встречу твою Инну, то обязательно дам тебе знать.
— Конечно.
Она достала из кармана куртки скромную визитную карточку:
— Вот, возьми, тут мой телефон и мейл.
Он покрутил в пальцах кусочек картона с тонкой коричневой окантовкой и бодро соврал:
— А у меня визитки закончились.
Визитки он не заводил сознательно, чтоб облегчить себе исчезновение с ненужных горизонтов. Чем меньше о тебе знают, тем лучше. Взять ту же Инну — достала звонками и сообщениями.
