Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Крымский оборотень» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Весна 1944 года. В Крыму фашисты разоблачают советскую подпольную группу. Спасаются только пятеро бойцов, уверенные в предательстве. Один из них становится подозреваемым. Сотрудникам СМЕРШа предстоит найти предателя и разоблачить опасного врага, скрывающегося в рядах советских спецназовцев.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
За золото почему бы и не поработать? А там, глядишь, и война закончится, и как бы она ни закончилась, кто бы в ней ни победил, а золото при любой власти золото. С золотом не пропадешь.
Да, но с чего же начать? Ответ напрашивался сам собой – с подпольной группы «Чатыр-Даг». Он, Никита, должен донести на подпольщиков этой группы. Сам о себе, конечно, он доносить не станет, а вот на других донесет. Ну, а куда деваться, коль он угодил в такие обстоятельства, что иначе из них и не выпутаешься! Не умирать же самому! Кто оценит его смерть, кто о нем вспомнит? Да и глупое это дело – помирать в расцвете лет. Надо жить, надо приспосабливаться. В конце концов, не он придумал эту войну. Война сама его нашла и поставила перед выбором: или – или. Значит, не Никита за все в ответе, а она, война.
А коль так, то надо только сообразить, как бы половчее донести на подпольщиков, чтобы и самому остаться вне подозрений, и чтобы немцы были довольны. Тут было о чем подумать. Сообщить немцам адрес конспиративной квартиры? Это, конечно, можно, да только подпольщики никогда туда не ходят все вместе, а только поодиночке – каждый в отведенное ему время. А это означало, что кого-то немцы, может, и арестуют, зато все другие скроются. А надо, чтобы арестовали разом всех. Тогда-то немцы точно будут довольны.
И Никита придумал. Он назовет Белому домашние адреса подпольщиков. Это же так просто! Часть адресов ему известна, другие он узнает, тайно проследив за подпольщиками. А уж там немцы пускай решают сами…
Так он и сделал. Спустя неделю он знал адреса всех подпольщиков группы, и когда Белый явился к нему в назначенное время за отчетом, он назвал ему эти адреса. Имен не назвал, потому что знал подпольщиков лишь по кличкам, но имена и не понадобились, хватило адресов.
– Да ты откуда знаешь, что они подпольщики? – не поверил поначалу Белый. – Небось врешь, чтобы выслужиться!
– А вы их арестуйте и проведите обыск, – сказал Улыбка. – Что-нибудь да найдете…
– Интересно знать, как это ты так быстро напал на их след? – не унимался Белый. – Подозрительно как-то… Немцы их ищут вот уже несколько месяцев, а ты нашел за неделю. Выкладывай, да не темни! Это ты немцам можешь темнить, а мне – не советую!
Волей-неволей Никите пришлось сознаваться, что он и сам имеет некоторое касательство к подпольной группе «Чатыр-Даг». Он опасался, что Белый за такое признание и сам сдаст его немцам, но все обошлось. Белый лишь мрачно хмыкнул, покрутил головой и предупредил:
– Ну, гляди! Если что – не жить тебе!
– Все будет нормально! – поспешил заверить его Никита.
Когда ты – подпольщик и тебя арестовывают внезапно, то у тебя и в твоем жилище обязательно найдется что-нибудь, тебя изобличающее. Да и сам ты своим поведением вольно или невольно выдашь себя.
