В кабинете полковника Тарасова напряжение росло с каждой минутой: восемь человек из оккупированного Перекопа столпились вокруг него, ждя слово. Сообщение о том, что перекопские укрепления были пробиты противником, привело к панике среди военных. Полковник Тарасов с оттенком холодной уверенности подтвердил噩耗，气氛瞬间凝重起来。...
Почему обратно в сарай? Что с ним собираются делать дальше? Почему офицер не ответил на последние вопросы Никиты и даже не взглянул в его сторону? Все было неясно, тревожно, томило душу…
В сарае находились несколько человек из числа арестованных ночью.
– Ну, как? – стали они задавать вопросы Никите. – Ну, что?
Филиппов ничего не пожелал отвечать и лишь удрученно махнул рукой. Да и что он мог ответить? Рассказать о том, что он предложил немцам свое сотрудничество? Так ведь о таком не говорят…
Никто его не трогал до самого вечера.
– Ты! – посветили они в лицо Никите. – Вставай и следуй за нами!
– Куда? – испуганно спросил тот.
– Туда, куда заслужил! – хмыкнул один из полицаев. – Пошевеливайся!
Его отвели в какое-то здание неподалеку от сарая – не в то, в котором он разговаривал с офицером, а в другое, провели по почти непроницаемо темному коридору и затолкнули в какое-то помещение.
– Покурите за дверью, – по-русски сказал человек полицаям и взглянул на Никиту: – А ты присаживайся рядом. Побеседуем…
Филиппов осторожно опустился на краешек дивана. Какое-то время человек смотрел на Никиту и ничего не говорил.
– Значит, желаешь потрудиться на благо великой Германии? – произнес, наконец, мужчина, и в его голосе ощущалась то ли холодная ирония, то ли презрение.
– Так ведь… – нерешительно развел руками Никита. – Получается, что так.
– Ну-ну, – сказал мужчина и хмыкнул: – Труженик и стахановец…
– Вы что же, русский? – не удержался от вопроса Никита.
– Будешь звать меня Белый, – сказал мужчина, не отвечая напрямую на вопрос. – А тебе придумаем имечко чуть позже.
– Да, – кивнул Никита. После таких слов собеседника он слегка приободрился, так как понял, что расстреливать его не будут. Наоборот, речь шла о его сотрудничестве с немцами. Похоже, дело было на мази.
– Я же буду выдавать тебе зарплату, – сказал мужчина.
– Какую зарплату? – не понял Никита.
– Немецкую, – усмехнулся Белый.
