Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Я стону, когда Алан наращивает темп.
– Такая отзывчивая, - Алан довольно улыбается. Я вскидываюсь от очередного касания, дрожь пленяет всё тело. – Одно удовольствие тебя трахать.
– Завали, - Давид рявкает, прижимает меня своей ладонью. – Не нарывайся, Литвин.
Мужчина тихо рычит, а после поднимается. Мне страшно, что он сейчас сбежит. Но Давид двигается выше, обхватывая свой член у основания. Солоноватая головка касается губ, а мужские пальцы надавливают на щеки.
– Давай, куколка, порадуй меня, - просит, проводя ладонью по моему лицу.
Я схожу с ума. Во мне сейчас один мужчина, а второй толкается в мой рот. Это полное безумие, и я в нём растворяюсь. Приоткрываю губы, когда Давид проникает. Не входит слишком сильно, лишь давит головкой на язык.
Это порочно. Грязно. Развязно.
И отдает новой волной жара.
Давид обхватывает мою шею, направляя. Алан же двигается сильнее, ускоряется ещё. Он сжимает мои бедра, толкается раз за разом.
И мне совсем не хочется, чтобы это заканчивалось. Безумие, которое проникает в кровь. Хорошо, неправильно, идеально. Когда они вдвоем, во мне. Касаются, заводят.
Заставляют гореть всё сильнее.
Возбуждение пульсирует, наливается огнем. Задыхаюсь, когда Давид скользит глубже. На языке его вкус, незнакомый, мужской. Сжимаюсь, когда Алан надавливает на клитор.
Я чувству, как пульсирует член во мне. Наливается кровью, крепнет, а после замирает.
Всхлипываю, когда Алан медленно отстраняется, а Давид, наоборот, погружается в мой рот сильнее. Обхватывает моё лицо, толкается по слюне. Меня колотит от переизбытка чувств, желание раздирает на клочки.
Язык обжигает горячей, терпкой жидкостью. Сглатываю под пристальным взглядом Давида. Кажется, его глаза темнеют, зрачки полностью скрывают цвет радужки.
Возбуждение толкается внутри, пылает. Требует продолжения, освобождения.
И судя по взглядам мужчин, ещё ничего не закончилось.
– Мне нужно в душ.
Выпаливаю, когда вспоминаю, что такое слова. Стараюсь подняться и морщусь от неприятных ощущений между ног. Не болит, но ощутимо тянет. А ещё тело болит, словно про мне проехались машиной.
Несколько раз.
Ни Давид, ни Алан не останавливают меня, позволяют сбежать. Или медленно уползти, если быть честной. Прикрываю за собой дверь, цепляюсь пальцами за умывальник.
Чувствую себя… Непривычно.
