В закрытой тюрьме ИК-3, где ночь наступает раньше света, молодой кум стремится добраться до продуктового магазина, чтобы приготовить водку. Его озабоченность скорее попасть к старшему куму и председателю штаба Петровичу не случайна — отец его двух дочерей в сорок уже служит в колонии десятилетиями. В этом мире, где каждое слово важно и каждый шаг тщательно спланирован, жажда скорее кого-то увидеть может привести к неожиданным рискам....
И да, а как ты бабло отдавать будешь? У меня в зоне банкомата нет.
— Не переживайте, мне главное начать. Вы не пожалеете, что дали мне такой шанс. Дайте только время разогнаться.
— В месяц для начала сколько сможешь поднимать?
— Не меньше ста.
— Мало.
— Это для начала. Я полгода в интернете не был. Движение надо изучить, что там нового происходит.
— Хорошо, завтра к вечеру тебя жду.
Михайлов выспался, освоился и начал заниматься тем, за что ему дали десять лет строгого режима. Бобышкин получал бабло, которое ему привозили в указанные им же самим места.
Глава 4
ИК-3. Ахинеи не быть
В колонию, без согласования с Зубовым и Васильевым, был трудоустроен оперуполномоченный майор Федяров Анатолий Андреевич.
Однажды к Васильеву пришёл Кучер — авторитетный человек в городе человек и новый смотрящий за зоной. Кучер пришёл обсудить насущные дела и вопросы в зоне. Проблемы всё чаще и чаще стали возникать с лёгкой руки начальника колонии Самодурова.
— Василич, есть одно дело. Непонятно стало кого в гарем определять. Есть мразь одна в зоне, которая за собой имеет износ и убийство малолетки, а твои опера не дают на него гребень надеть. Скоро конфликты начнутся. Мужики уже начинают спрашивать, почему за такие дела у него всё ровно? Скоро петухи на реабилитацию подавать будут о незаконном содержании в гареме.
— Быть не может. Ты же знаешь, у меня с такими разговор короткий.
