В закрытой тюрьме ИК-3, где ночь наступает раньше света, молодой кум стремится добраться до продуктового магазина, чтобы приготовить водку. Его озабоченность скорее попасть к старшему куму и председателю штаба Петровичу не случайна — отец его двух дочерей в сорок уже служит в колонии десятилетиями. В этом мире, где каждое слово важно и каждый шаг тщательно спланирован, жажда скорее кого-то увидеть может привести к неожиданным рискам....
Хотя он только об этом и думал, когда задыхался в пакете. Через несколько минут Калуга уснул.
Ночью в камеру к Калугину зашли трое зэков в чёрных масках. Они заткнули ему рот тряпкой и заломили руки за спину. После этого его загнули на шконку и изнасиловали. Калугин сопротивлялся как мог, но отсутствие сил и укол успокоительного превратили его в кусок мяса. На сопротивление это было мало похоже. Самое обидное помимо изнасилования было то, что в соседних камерах всё слышали. Слышали, но молчали. После изнасилования неожиданно пришёл доктор Аметисов и сделал ещё один укол успокоительного.
На следующий день Калугина привели в подвал, где ранее ему отбивали ногти. Там его уже ждал Шмаров и все те, кто был вчера. Шмаров был уже в курсе, что день работы с пакетом приносит свои плоды. Это действительно отнимает силы зэка так, что он практически не может сопротивляться даже изнасилованию. Но этого было мало. Зэк ещё не был сломлен, а значит цель не достигнута.
— Ну что, надумал работать на оперотдел? — спросил Шмаров.
— Зачем Вы так со мной? Что я Вам сделал? — ответил Калугин вопросом на вопрос.
— Стучать будешь?
— Нет.
— Ну тогда продолжим, в тиски его.
Калугину левую руку обмотали ватой и зажали в тиски. Правую пристегнули наручниками к решётке.
— Опять ногти отбивать будете? — ухмыляясь спросил Калугин.
— Нет, ногти мы не будем трогать. — ответил Шмаров и достал из кармана цветные карандаши."
"Опера вставили между фаланг пальцев Калугина три карандаша и начали сжимать пальцы между собой.
— А теперь пакет. — резко скомандовал Шмаров. — Попробуем совместить.
Калугину заклеили рот скотчем и надели пакет на голову. Началась вчерашняя процедура. Шмаров периодически бил его по печени и через полчаса у Калугина подкосились ноги. Он повис на руках.
— Перерыв, идём курить. — сказал Шмаров, и все ушли на перекур.
