В темном баре Амстердама в полночь, где только музыка громче шепота, девочка по имени Аленка двигается с выверенным ритмом. Словно звёзды на ночной небе, её тело мерцает под несуществующими биатлонными мелодиями. Каждое движение — это вызов и самообладание в противостоянии с алкогольным опьянением вокруг....
— Просто я подумал, раз можно ему, то почему нельзя мне?
— Потому что вы друзья? — интересуюсь и вдруг понимаю, что пока двигалась и следила за его руками, оказалась прижатой к стволу дерева. А он подошел слишком близко. — Или потому что вы оба гандоны, обманывающие своих девушек?
Глава 30"
"— Оставь психологию, давай лучше поговорим про аналогию. Разумеется, от слова анал. Потому что я давно не видел такой ладной задницы, — тянет он руку, за что получает весьма звучный шлепок.
Видно, как ему хочется ударить в ответ.
Но он сдерживается и просто хватает мое лицо пальцами, судя по оскалу, жаждет укусить…
— И даже у Никиты не спросишь разрешения? — говорю, а сама быстро соображаю, как от него избавиться. Не хочется калечить парня и показывать всем, что я могу покалечить, тем самым выдавая свое прошлое. Раз знает только Камиль, лучше, чтобы так и оставалось.
И, спасибо мужской глупости, Артур сам подает мне идею.
Пока он тормозит на имени друга. Оглядывает небольшую кусок леса, я поднимаю взгляд на дерево.
— Так я бы спросил, но его же здесь нет. А я здесь. И ты тоже здесь, — почти шепчет он, приближая лицо с острыми скулами и давая мне ощутить резкий запах одеколона.
Я мотаю головой, показывая пальцем в сторону, открывая глаза шире.
— Так вот же он! Никита! Никита!
Удивительная метаморфоза, но Артур подбирается и отбегает.
Судя по всему, друга, несмотря на свои слова, он опасается. Так что отходит на приличное расстояние, осматривая указанное мною место.
Именно за это короткое время я успеваю рвануть в сторону и подняться на один из ближайших дубов.
— Нет же его, — говорит Артур, нахмурив чернильные брови, но, повернувшись, не находит меня на прежнем месте.
И уже стремится найти меня, но шум веток в стороне его спугивает. Уйти он не успевает. Со стороны поляны действительно появляется озлобленный Никита. Все-таки услышал меня.
Его присутствие вносит в сумбурное течение моих мыслей покой и радость.
Сейчас они поговорят, а я так и останусь ненайденной и просто выйду на поляну минут через десять.
А пока можно полежать и отсечь мысли о чувствах, что по статистке убивают чаще, чем авиакатастрофы.
Люблю смотреть в небо. Мне часто хотелось стать птицей там парящей.
