В темном баре Амстердама в полночь, где только музыка громче шепота, девочка по имени Аленка двигается с выверенным ритмом. Словно звёзды на ночной небе, её тело мерцает под несуществующими биатлонными мелодиями. Каждое движение — это вызов и самообладание в противостоянии с алкогольным опьянением вокруг....
В детстве он так и не смог залезть на дерево. Посмотрим, достаточно ли для него мотивации на этот раз.
Никита смотрит достаточно долго, чтобы у него начал дергаться глаз.
Потом быстро осматривается, выругивается и после короткой разминки, за которую он демонстрирует работу прокаченных мышц, подпрыгивает и хватается за нужную ветку."
"Это его преодоление себя вызывает бурный поток радости, что буквально захватывает меня и заставляет шаловливо улыбаться.
— Дай только до тебя добраться, и разговором дело не ограничится.
— Жду не дождусь, — говорю, усаживаясь верхом на ветке и «случайно» роняю одну лямку. Обнажаю плечо, от чего Никита чуть не падает, но умело удерживается одной рукой. Матерится и поднимает свое тело на следующую ступень. Гораздо ближе ко мне.
Его оплошность вызывает смех.
— Ты хоть будешь горевать, если я разобьюсь?
— Я пока не решила.
— Жестокая… — приближается он достаточно, чтобы достать до меня, но я ловко поднимаю руки на следующую ветку, растягивая тело струной.
Но не успеваю подняться, Никита хватает меня за ногу жёстким хватом, оставляя ожог на обнаженной, сверхчувствительной коже.
Смотрю вниз и наблюдаю, как он вдевает мою ногу в сандаль и, не отрывая дурацкого контакта, нежно целует лодыжку.
Остановись, боже, прекрати делать так сладко.
Теряюсь среди густых ветвей, что тянутся ко мне из его взгляда. Блуждаю в чувствах, как вдруг Никита дергает меня за ногу. Под тихий вскрик оказываюсь лицом к нему, сидя почти верхом.
— Так нечестно… Ты меня отвлек.
— А ты меня чуть не угробила своим манящим телом, сладкая, — поднимает он уголок рта и тянется к моим, но я отворачиваюсь.
— Самому-то не противно? Сначала Надя. Потом я.
— Не начинай…
— А давай я закончу, — восклицаю, на что он только крепче прижимает меня к себе и упирается спиной в ствол, чтобы нас обезопасить…
Затем просто обхватывает затылок рукой и обдает ухо горячим дыханием и словами, от которых по телу ползет мороз:
— Я не знал, что она припрется.
Уже все продумал. Как мило.
— И вот скажи мне, разве тебя бы это не устроило? Разве не была бы ты просто счастлива, что мы вместе. Разве не любишь ты меня?
— Но я узнала о Наде, — выдаю пересохшими губами.
— Ну и что? Ну и что, Ален? Ну да, есть у меня невеста. Но между нами-то это что меняет? Я от своих слов не отказываюсь. Я не отпущу тебя.
