В темном баре Амстердама в полночь, где только музыка громче шепота, девочка по имени Аленка двигается с выверенным ритмом. Словно звёзды на ночной небе, её тело мерцает под несуществующими биатлонными мелодиями. Каждое движение — это вызов и самообладание в противостоянии с алкогольным опьянением вокруг....
Глава 43
*** Никита ***
Алену сложно удивить, при этом легко обрадовать. Вот и сейчас она не задает вопросов, ориентируется в пространстве, словно ни раз здесь бывала. Но при этом все время улыбается, здоровается со строителями, кормит сторожевого пса. И я не знаю, что больше раздражает: внимание, которое ей оказывают рабочие, или то, как редко Алена смотрит на меня. Не ищет взглядом, тогда как я сам еле доделываю необходимые дела и подписываю бумаги, только чтобы поскорее быть к ней ближе.
Нахожу ее играющую в карты с парнями.
— Ну а что ты удивляешься. Я им деньги плачу, — сажусь рядом и киваю на карты. — Играешь?
— Мне всегда говорили, что я бы отлично играла в покер…
— Потому что умеешь скрывать эмоции, — соглашаюсь я с кем-то там, о ком она, конечно, не расскажет. Алена опять кидает на меня нечитаемый взгляд, и мне до безумия хочется залезть в ее голову и понять, почему ей так хочется от меня сбежать. Ведь дело не только в Наде, тут что-то еще.
Сглатываю слюну, чувствуя обычное стеснение в груди от страха, что завтра я проснусь, а ее не будет рядом. Но разве я могу это допустить? Ведь ей будет плохо, я знаю.
— Два часа еще не прошло, — замечает она, и я пожимаю плечами. У меня вся жизнь, чтобы поработать. Только вот спокойнее мне будет, знай я, что она не денется никуда. Как было до этого дерьмового ужина.
— Но зато поесть скоро приедет, — играю бровями, и она улыбается, так, как улыбается, когда я довожу ее до оргазма.
— Мясо?
— Все как ты любишь.
— Тогда пойдем, покажешь свой кабинет. Только его я не видела, — поднимается Алена, и я хочу по привычке ее коснуться, взять за руку, но она поднимает ее, чешет нос и строго смотрит. — Ты можешь меня не позорить?
— Отношения со мной позор? — спрашиваю. Ощущаю во рту горечь, но понимаю. Все прекрасно понимаю. Просто не касаться не могу. Не хочу. У нас слишком мало времени, чтобы его терять.
— Ты знаешь, я ни разу не видела, чтобы женатые мужики приглашали своих любовниц на работу, да еще и расхаживали с ними под ручку. А ты?
— Я не женат."
"— В субботу, то есть послезавтра, это изменится, — говорит Алена и аккуратно перешагивает через балки, даже не спрашивая, находит нужную дверь, а я молчу, осознавая, что через сорок восемь часов я буду связан с той, кто возбуждает с трудом. И даже не закон меня беспокоит, а слово ей данное.
