Она его проблема. Лишняя деталь в механизме, что готовит его к большому политическому будущему. Но что делать, если не унять похоть, пожирающую, стоит к ней прикоснуться. Что делать с голодом, который он читает в глазах этой идеальной девочки с неидеальным прошлым? Забыть? Купить? Или… полюбить?...
Не могу понять, из какой он страны. — Не кричишь. Не бежишь…Лады?
Такой наивный? Ну ладно, послушаем.
Киваю и он отпускает меня.
Повернувшись, взмахиваю светлой шевелюрой и убираю ее с глаз. На мгновение даже застываю.
Кто там говорит про сказки?
Высокий, широкоплечий, красивый черт с резкими чертами лица и острым взглядом. У таких лучший друг штанга, а в штанах ожидаешь закат. Такого мечтает встретить каждая путана. Хотя бы клиентом. Потому что этот точно подмывается. Да и одежду носит не последнего бренда.
— Фак, ты вблизи ещё лучше, — выдает он на одном дыхании, пока я сама его рассматриваю. И это дает мне возможность очнуться и начать огрызаться.
— Говори, что хотел, я спешу.
— К клиенту?
— Что? — хотя, чего это я спрашиваю? Кем ещё он мог меня посчитать.
— Да, очень богатому клиенту, — расправляю плечи.
— Я удвою сумму за ночь. Поехали ко мне.
Глава 2
Смотрю на него в недоумении. Мне почему-то смешно. Хочется в голос, но я уже и забыла, что такое даже улыбаться.
Этот парень погнался за шлюшкой, ведёт с ней переговоры? Это можно объяснить великой внезапной любовью как в сказке, либо…
— Ты под кайфом?
Судя по всему, да, его слегка шатает и белки глаз с красными прожилками.
— Ну, — он неловко ухмыляется. — Немного виски, дорожка кокса, много твоей чарующей красоты и фантазий о том, что можно делать с твоими…
Тут он запинается и щелкает пальцами, словно вспоминая слово.
— Грудью? — подсказываю, но он перебивает.
— Сиськами, — говорит он по-русски и тут же исправляется на английский. — Грудью, да. Да! Так ждал, что ты лифчик снимешь. Потом в приват за тобой пошел. Парни взяли твоих подружек, а я вот за тобой. Чтобы не скучала…
Он еще нес какую-то чушь про то, что я ему напоминаю кого-то, а я лишь смотрю на то, как двигаются его губы, и осознаю… Медленно… Как больно осознает человек, только что упавший.
Русский.
Он русский. Ещё и богатым себя считает. Или не просто считает?
Ком застревает в горле, и я трясущимися руками заправляю волосы за уши.
Думаю. Думаю…
Если он такой романтичный, может он и есть мой шанс, который я так долго ждала.
— Тебе не по карману, — как там учили. Набить себе цену? Терять мне нечего, иду Ва-банк.
— Ты плохо знаешь мой карман, — ухмыляется он, и словно ждет, что я расплывусь в дебильной улыбке.
