В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
– Хорошо, смотрю, платят в милиции.
– Как и везде, — пожал я плечами. — Не особо, но на жизнь хватает.
– Так ты что? Взятки берешь?
Он сощурился, как бы сам не веря своему предполложению.
– Запомни, Олежка, — погрозил я пальцем. — Советская милиция взяток не берет.
– Ага, рассказывай, страна у нас такая, все берут.
– Разговорчики в строю!
– Не, ну ты не берешь, я верю. Только откуда такие хоромы?
– Трофейные, — хмыкнул я. — Государство помогло обустроиться. В спецбуфеты не хожу, в спецмагазинах не отовариваюсь, но кое-что от жизни урвал, хотя и не просил.
– Ясненько.
Из комнаты вышла Света.
– Привет, — улыбнулась она.
– Здрасьте, — Олег уставился на нее восхищенными глазами. — А вы красивая. Повезло Андрею.
– Челюсть подбери, — усмехнулся я. — Света, это Олег. Олег, это Света.
– Да, я помню, — кивнула девушка. — Ты рассказывал про него.
– Лоб какой вырос, посмотри, с меня ростом.
– Не-е, — замотал головой Олег. — Я хирургом хочу стать. Людей резать… Ну, в смысле, лечить.
– Ты подумай, — насторожился я. — Твои руки не под скальпель заточены.
Я вспомнил, как Олег в прошлой жизни даже нормативы по стрельбе не мог сносно сдать. Руки тряслись. А тут хирург. Но, может, это в прошлой жизни так было, а в этой я все изменил.
Ведь изменил же?..
* * *– Черт знает что! — громыхал Горохов, прохаживаясь по своему кабинету на Петровке.
Сегодня первый рабочий день после отпуска. Мы расселись на стулья по стенке, как воробушки на жердочке. Весело переглядывались. Соскучились по брюзжащему шефу и по друг другу, конечно.
– Представляете, товарищи! Эти… — Никита Егорович недвусмысленно ткнул пальцем в потолок. — Хотят отправить нашу группу расследовать дело цеховиков в Узбекистане. Как вам? С хлопком они, видите ли, сладить не могут, сколько лет следствие тянется, и нашу группу вдруг решили туда же засунуть.
– Мы теперь как ОБХСС-ники, что ли? — понуро спросил Федя. — Хищениями и растратой займемся?
– Эх… — вздохнул Горохов и, уставившись куда-то вдаль, в распахнутое окно, задумчиво добавил.
