В окрестностях ледяного окосердного существа, которое казалось совсем беззащитным рядом с мальчишкой, толпа людей сновала по площади. Все заняты своими делами, и никто не обратил внимания на бедственное положение ребенка. Десять минут назад я вмешалась в эту толпу, выехав из переулка. У меня была встреча с подругой в кафе по адресу Дворянской улицы....
— Как ваши дела? — продолжала она, пожимая мне руку.
— Отлично. Я могла бы рассказывать о них часами, но боюсь вас утомить. Так что лучше поговорим о вашей сестре."
"— Да, конечно. Конечно, — повторила она и, посерьезнев, замолчала. Должно быть, собиралась с мыслями или решала, с чего начать. Это позволило мне сделать заказ, после чего я со всем вниманием приготовилась слушать. — Даже не знаю, как объяснить, — пожала она плечами. — Моя сестра Зотова Нина Константиновна… Вы знакомы?
— Нет, — покачала я головой.
— Ее покойный муж был президентом банка.
— Григорий Петрович?
— Да-да. Вы знаете, он умер год назад. Он оставил Нине с дочкой очень неплохие деньги, поэтому я и решила… что, возможно, сестру шантажируют, — выпалила она, посмотрела на меня виновато и замолчала.
— Ирина Константиновна, давайте-ка поподробнее. Почему вы так решили, и кто, по-вашему, может ее шантажировать.
— Если честно, я и сама не знаю. Если бы у меня были какие-то конкретные подозрения… Но я чувствую, происходит что-то странное.
— Какая девица? — терпеливо спросила я.
— В этом-то все и дело. Она племянница Григория Петровича, но я о ней совершенно ничего не слышала до недавнего времени, и Нина, уверена, тоже. Григорий Петрович сирота, его родители погибли, когда ему было восемь лет, и воспитывала его бабушка. Она умерла много лет назад. Никаких других родственников у него не было. По крайней мере, мы ничего о них не знали.
— Она что, претендует на наследство?
— Вроде бы нет. Да это и невозможно. Все перешло жене и дочери, а двоюродная племянница — это не близкая родня, так что претендовать…
— Тогда что вас беспокоит?
— Я уверена, она — самозванка.
— Допустим. Но это нетрудно проверить.
— В том-то и дело, Нина ничего об этом слышать не хочет. Утверждает, что эта Юля Бокова — племянница Гриши, поселила ее в своем доме, помогла поступить в университет, теперь, судя по всему, Юля будет жить у нее как минимум пять лет.
— Если вашу сестру это устраивает…
— Оля, я же вижу, с сестрой что-то происходит. Она очень ласкова с этой девчонкой, иногда в ущерб родной дочери, но… Нина страдает. Меня не обманешь, я очень хорошо знаю свою сестру.
