В утреннем молчании город Ломов встретил грозу. "Юнкерсы" налетели как по расписанию, оставляя за собой черное облако дыма и жестокий удар по цистернам горючего в железнодорожной станции. Вспыхнувший пожар быстро охватил северную часть города, создавая непреодолимую атмосферу ужаса и хаоса....
Борттехник пожал плечами, присел на откидной стул.
Офицеры встали, поправили парашюты, привязанные мешки, пистолеты, шлемы.
Загорелась лампочка. Борттехник тут же открыл дверь.
Первым в темноту шагнут майор Шелестов.
Парашюты раскрылись на высоте двухсот метров, каждый видел друг друга, внизу определили поляну, которая имела довольно обширные размеры. «ПС-84» начал набор высоты, разворачиваясь к морю.
Все удачно приземлились на поляне.
Сосновский подал сигнал «ко мне». Офицеры, сложив парашюты, потащили их к Сосновскому.
Тот указал Шелестову на карьер:
– Смотри, командир, лучшего места, чтобы спрятать парашюты, не придумаешь.
– А если деревенские приедут за глиной? Они как раз тут брали ее для печей.
– Да ладно, кто сейчас будет класть какие-то печи?
– Не скажи, капитан, в Латвии, можно сказать, мирная жизнь. Коммунистов, евреев, цыган постреляли, имущество их забрали, остальное пожгли. А латышей они не трогают. Как работали, так и работают. И марки получают.
Сосновский улыбнулся:
– А рядом с местом, где мы должны поселиться, борделя нет?
– Борделя нет, а саперная лопатка есть. Вперед к опушке, снимать дерн, копать ямы, закладывать парашюты, комбинезоны, маскировать. Начало марша по моей команде.
Офицеры двинулись к опушке.
Сосновский вздохнул:"
"– Лишняя работа и трата времени, тут никто не нашел бы.
Его подтолкнул Коган:
– Шевели мослами, интеллигент.
– Не заставит, вместе пойдем, так что ты, Боря, тоже без работы не останешься.
– Отставить разговоры, – приказал Шелестов.
В 21.20, закончив работу, Шелестов подал команду:
– Начинаем марш поляна – окраина Риги. Ориентируемся по карте, которая есть у всех. Или кто-то забыл?
– Да есть, – ответил Сосновский.
Шелестов продолжил:
– В головном дозоре Буторин, за ним, соблюдая дистанцию в двадцать метров, я и Коган, Сосновский на замыкании, на том же удалении.
За первый час четверо офицеров спецназа, переодевшись в гражданскую одежду, которую обычно носили латыши, прошли пять километров. И это по лесу. Хотя путь пролегал по тропе, не сильно отходящей на восток от проложенного маршрута.
