— Но у неё такой характер, что никто и близко не подойдёт, — хмыкнул Архип Агапович.
— И это проблема, — кивнул Разумовский. — Скорее всего, будет неравный брак с кем-то из учёных, и его введут в род Рюриковичей.
— Господа, — вмешался в разговор граф Апраксин, — давайте поедим, уже всё готово.
— Да-да, господа, что-то мы заболтались, — улыбнулся Разумовский.
— Прошу заметить, — хмыкнул Леопольд Григорьевич, — беседа снова плавно перетекла на тему женщин.
— О, на этот раз не я виноват, — рассмеялся Василий Георгиевич, — А Ростислав Драгомирович.
Он явно положил глаз на Елизавету Владимировну.
— Да нет, я не… — попытался оправдаться, но встретил такой дружный смех, что махнул рукой и сдался.
— Ох, хватит, господа, хватит, — Разумовский первым справился с весельем и напомнил о главном, на мой взгляд: — прошу, рассаживайтесь, а то поварам придётся разогревать.
Только все отсмеялись и расселись по местам, как граф Апраксин хлопнул в ладоши. Тут же появились официанты. Замельтешили перед глазами мошкарой в сезон разлива рек.
Стол заполнился блюдами мгновенно. Потянулся такой аромат, что мне физически стало больно: желудок яростно напомнил о себе.
Еле сдержался, чтобы не зарычать от голода. Дождался, когда все чинно возьмутся за приборы. Потянутся к еде. И накидал себе на тарелку первое попавшееся.
Попалась картоха с зеленью и какая-то рыба. Не суть, мм…."
"— Господа, — я еле расслышал Апраксина сквозь треск за ушами. — Ко мне наконец-то прибыл деликатес со Святогора, и шеф повар расстарался на славу.
Угощайтесь, редкий гость в столице стейк из святогорского тура.
О! Что может быть лучше мяса с родной планеты? Да ничего.
Оторвался от своей тарелки. Увидел, куда указывал Апраксин. Потянулся туда же.
Привстал, чуть не столкнулся с графом вилками, но, всё же, нанизал на неё толстый, сочный кусок мяса. Бинго!
Полосы от гриля пересекали его наискосок. Их чернота говорила о сильной прожарке. Нож с хрустом взрезал мясо. Вошёл на всю глубину. Заскрипел по тарелке. Разделил стейк надвое.
Сознание затопило туманом вожделения. Рот свело в предвкушении. Глянул на разрез. Мясо тёмное, ммм…. Слегка отдаёт краснотой перезрелой вишни, уммм…. Исходит соком, ох…. Вдохнул одуряющий аромат, ммм… так!
Не понял!
Стоп!
Нет!
— Балуете Вы нас, Арсений Егорович, — я не видел, кто произнёс, а по голосам ещё не узнаю. Всё моё внимание оказалось сосредоточено на стейке.
— Не только Вас, — прогудел граф Апраксин, и заскрежетал ножом о тарелку.
