Как кресло скрипнуло под его движением, лейтенант Евгений Аскольдович возмущённо уставился на Разумовского старшего. "Может, не те катакомбы?", задумчиво произнёс Викторович и указал на экран инфопланер. Атмосфера напряжения скрадывала любое движение в здании, где исчезновение трупа гвардейца стало загадкой для всей воинской части....
Скрипнули двери, и Герасимов обратился к дежурному за столом:
— Оформляй и в допросную, Герасим проследит.
* * *— Ростислав? — глаза дежурного мичмана полезли на лоб, а вислые, седые усы превратились в букву «О».
— Здравия желаю, Анатолий Валерьевич, — улыбнулся я."
"— Это прикол какой-то? — пожилой унтер-офицер привстал со стула, и облокотившись о стол, крикнул в спину Герасимову: — капитан, вы явно что-то напутали!
— Что⁈ — Герасимов, уже поднявшийся на несколько ступенек, сбежал вниз и метнулся к мичману. — Что значит ошибся⁈ Что Вы себе позволяете мичман?
— Охолони, Герасимов, — Анатолий Валерьевич, не стал поддерживать беседу на повышенных тонах.
— Да хоть Императору звони! — психанул капитан и схватил меня под руку. — Идём, Туров, сам тебя отведу, Герасим, за мной!
Чтобы не упасть, пришлось пойти за ним, а то он, прям, потащил меня. Я только и успел, что глянуть на Аркадия Кирилловича и поблагодарить его.
— Иди, иди, — махнул рукой мичман, прикладывая к уху коммутатор, — пятая свободна.
— Не стоит благодарности, — громко ответил Аркадий Кириллович, — до встречи, Ростислав.
Преподаватель развернулся и пошёл на выход. Как он прошёл через дверь я уже не видел. Герасимов втащил меня в коридор, где находились допросные и, раскрыв дверь с номером пять, завёл внутрь.
— Всё, сиди здесь, герой, — бросил он гневно, резко развернулся и, рыча, стал бить кулаком по стене, — задолбали, задолбали…
— Дядь Ген, не надо, — испуганно протянул Герасим, — всё образуется.
— Я покажу им, кто тут пришлый, ты же понял, что они нас не уважают, да? — капитан резко повернулся к племяннику и тот вздрогнул, отшагнув назад.
— Сторожи тут, и не разговаривай с ним, понял⁈ — рявкнул капитан, и, дождавшись кивка от племянника, повернулся ко мне: — а ты сиди здесь и не рыпайся. Геррой.
Последнее слово он растянул, словно в насмешку, тут же развернулся и вышел, захлопнув за собой дверь.
— Хух, — выдохнул я и оглянулся, — никогда тут не был.
Я прошёл к одному из стальных стульев за металлическим столом, и уселся, вытянув ноги.
— Вернее, был, но, как помощник следователя, — я посмотрел на унтер-лейтенанта, который застыл у стены, — тебе не кажется, что здесь как-то серо. Четыре стены из бетона и мало мебели? Надо ремонт сделать, что ли.
