В реанимации терапевт стойко смотрел в окно на Шевченко — человека, который только что почти умер от острой инфекции. Его тело дрожало, а провода и трубки пропитывали его ткань. Японская эпидемия набирала обороты, и каждый день выводило больше пациентов за границу или в могилу. Здесь я позиционировал себя как диагноста, но внутри я ощущал горечь и растерянность, словно копейка, вылетевшая из кошелька больного....
Похоже, «Лекарь Империи 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он пробыл там чуть дольше и вышел весь красный, взмыленный, но тоже, кажется, довольный. Он показал нам большой палец.
Наконец, Демидов, вышедший в коридор, произнес мою фамилию.
— Разумовский, ваша очередь. Пройдемте.
Я с уверенностью шагнул за ним, ожидая увидеть очередную палату с манекеном или актером. Но он повел меня дальше по коридору, к другой двери, без всяких опознавательных знаков.
— Здесь, — сказал он, открывая ее."
"Я оказался в просторном кабинете, больше похожем на зал для заседаний.
В центре, во главе стола, восседал грузный мужчина. А сбоку я с удивлением узнал солидного, представительного мужчину, который был поразительно похож на нашего Пончика. Дядя. Леопольд Константинович Величко. Ага, вот значит, кто тут за всем стоит. Понятно.
— Адепт Илья Разумовский, — представил меня Демидов.
— Проходите, Разумовский, присаживайтесь, я — Магистр второго класса Аркадий Платонович Журавлев, — указал мне на стул напротив себя грузный мужчина.
Я молча ждал, чувствуя, как расслабленность после первых двух блоков улетучивается без следа.
— Вам предстоит осмотреть не симулянта, и не актера. А настоящего пациента, — продолжал Журавлев. — Екатерина Волосенкова, двадцать пять лет. Она — племянница Алексея Воронцова, одного из магистров Владимирского отделение Гильдии Целителей.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Ставки только что взлетели до небес.
Журавлев, кажется, наслаждался произведенным эффектом. Он даже не пытался скрыть циничную ухмылку.
— Лучшие Мастера-целители Владимира уже полгода занимаются этим случаем.
Журавлев сделал паузу, и его тяжелый взгляд остановился на мне.
— Если вам удастся найти решение, которое упустили другие, Разумовский, — что ж, это будет настоящим триумфом, который, несомненно оценят в Гильдии. К тому же ее дядя очень авторитетный человек и к его мнению прислушиваются считаются даже в Столице.
